Электрический Дракон

Кто, если не возлюбленный будет приходить сюда изо дня в день к девушке, которая не могла предложить ему ничего, кроме выкачки сил?

На его пальце, как и на моём не было кольца, значит пока мы не были женаты, но когда-то же будем, правда?

– Разве твоей невесте не положено знать?

Тёмные брови Дэниела подскочили от удивления. Но я не знала, чем оно было вызвано: тем, что я назвала себя его невестой или от наглости моего заявления.

– Хочешь знать больше о моей работе?

Я кивнула.

– Это может тебе не понравиться, – предупредил он.

– Только если ты убиваешь людей, – пошутила, слизывая сырный соус с уголка губ.

Но Дэниел не улыбнулся мне в ответ.

Я напряглась.

– Ты… – помедлила, – убиваешь людей?

– Редко, – он размял шею. – Чаще всего мне приходится иметь дело с уже неживым телом.

– Это…

Мужчина поднял одну бровь:

– Обнадёживает?

Я не смогла подобрать слов, поэтому пожала плечами в полном смятении.

– Правда?

– Нет.

Он опустил взгляд с моего лица к дрожащей вилке в руке. Пальцы так крепко сжимали её, что побелели.

– Тебе нечего бояться, Талия. Я думал, что доказал свою преданность месяцами, проведёнными здесь с тобой.

– Да, но…

Дэниел продолжал оставаться для меня незнакомцем. Я практически ничего о нём не знала. Как и о себе впрочем.

В горле пересохло, поэтому я подняла стакан и отпила немного сока из него. Апельсиновый был моим любимым – это мы выяснили неделей ранее, после дегустации пятнадцати других вкусов. С тех пор Дэниел приносил мне его ежедневно.

– Ты не гостья в моём мире. Ты – часть его.

Я подавилась, услышав это, и закашляла, жмурясь.

– Талия?

Мужчина уже хотел встать, чтобы приблизиться ко мне, но я вытянула руку, останавливая его. На мгновение. Потому что через несколько секунд Уинтер зашипела на него, когда он поднялся со своего места, ослушиваясь меня.

– Я… – голос осип ещё сильнее, – убийца?

Дэниел остановился в полушаге от стола.

– Это необязательный критерий для существования в нашем мире.

– Значит, нет?

– Нет.

Из груди вырвалось облегчение. Дышать сразу стало легче.

Но поток мыслей не приостановился.

Что я за человек?

Страх, нападавший на меня при желании вспомнить хотя бы что-то о себе, усилился в разы. Казалось, я не зря боялась узнавать себя заново.

Щёки зажгло, когда я поняла, что всё это время набивала рот едой. С трудом пережевав макароны и проглотив их, посмотрела вверх на Дэниела, который уже ждал следующий вопрос.

– А моя семья?

– Она мертва.

Я прикусила вилку, замерев.

Не было ни ужаса, ни печали… единственное, что я почувствовала – полная растерянность.

Получается у меня остался только он?

– Как насчёт твоей? – тише продолжила.

Дэниел вновь помедлил, когда вопрос коснулся его жизни.

– У меня есть братья… и сестра.

Значит, его родители тоже были мертвы? Что с ними случилось?

Мне захотелось спросить об этом, но я промолчала.

Слишком много смерти для одного вечера.

– Хочешь узнать что-нибудь ещё? – ровным тоном спросил он.

Я передала ему свою пустую тарелку, покачав головой.

– Пожалуй, на сегодня хватит.

Мужчина молча кивнул и отошёл в сторону, а котёнок с другого бока тут же мяукнула, заставляя оторваться от него. Что я и сделала. Когда повернулась, Уинтер, подняв мордочку кверху, уже смотрела на меня своими любопытными бледно-голубыми зрачками.

Если бы у меня была возможность взглянуть на себя глазами Дэниела, думаю, минутой ранее я была копией её в это мгновение.

Отражения.

Было всё ещё дурно смотреть на своё собственное лицо и не узнавать его.

– Дэниел? – позвала я.

– М? – мужчина не обернулся, чтобы посмотреть на меня, продолжая копаться в пакетах с продуктами.

Эта палата… меня тошнило от неё. Но за всё время я даже не решилась выглянуть в коридор, будто там меня поджидало то, к чему моё сознание ещё не было подготовлено.

Однако, не взирая на все страхи, мне хотелось наконец зажить свою жизнь.

– Я хочу домой.

Глава 6

Талия обо всём забыла.

Мне было известно о большой процентной вероятности появления провалов в памяти после тяжёлой травмы головного мозга, но Док не мог поднять девушку на несколько этажей выше, чтобы провести МРТ и КТ, которые смогли бы дать точный ответ по её состоянию, поэтому нам оставалось только догадываться.

Чаще всего, пережившие то же, что и Талия, забывали последний месяц или несколько до аварии, поэтому я был готов к тому, что девушка не вспомнит меня.

Однако и здесь она отличилась.

Ни фрагмента из прошлого не сохранилось.

И тот факт, что Талия не помнила даже саму себя, сначала сильно озадачил меня.

Хотя я должен был перестать удивляться чему-то, что было связано с ней, после того, как обнаружил её на территории Каморры.

Всё время, пока девушка не заговорила, я думал, что она опасается меня, потому что знает кто я такой, но недоверие оказалось частью её нутра, которую не смогла изменить даже полная потеря памяти.

Я представить не мог, о чём она думала, когда изо дня в день видела перед собой незнакомца, но Дэниел Ардженто смог стать для неё безопасным местом, а его скрытая личность – враг и тот, кто побудил её пересечь границу – была вычеркнута из воспоминаний.

Несмотря на то, что Талия позволила мне стать частью её реабилитации, потребовались месяцы, чтобы она впустила меня в свою голову – на что я никак не надеялся.

– Это твоя квартира? – спросила девушка.

Она стояла рядом со мной в единственном имеющемся у неё платье – больничном, обеими руками прижимала к своей груди котёнка и от нетерпения попасть внутрь переступала с ноги на ногу.

Ранее я накинул на её плечи свою кожаную куртку, но из-за неё образ Талии стал выглядеть ещё страннее, чем был до этого.

– Нет, – я провернул ключ в замке. – Я живу в Вегасе. А это место – убежище для тех, кто работает в Рино.

Последние месяцы я жил здесь один.

Точнее спал, если у Дока было ночное дежурство и девушка могла находиться под его присмотром.

Арабелла посылала сюда солдат на задания и подмогу мне, прекрасно зная, что я ненавидел работать с кем-то и всегда справлялся самостоятельно, поэтому отправлял их обратно, будучи уверенным в том, что она делала это только для того, чтобы после они доложили ей о днях, проведённых со мной, так как я не делился с ней подробностями о Талии.

– Убежище?

– Здесь небезопасно в одиночку.

Невысказанный вопрос отразился в глазах Талии, когда она подняла голову, чтобы посмотреть на меня.

– Но ты больше никогда не будешь одна, – уверил её я. – Не волнуйся.

Девушка кивнула, уголки её губ слабо изогнулись в доверительной улыбке.

– Значит, твои солдаты не против? – она почесала за ушком котёнка, получая в ответ её тихое мурлыканье. – Что мы будем здесь вместе с вами?

– Пока ты здесь, другим мужчинам воспрещён вход в эти стены.

Брови Талии подпрыгнули вверх.

– За исключением Деметрио, – исправил.

– Деметрио?

– Вы познакомитесь завтра.

– Новый человек! – хрипло воскликнула она.

Её искренне-детская реакция застала меня врасплох и я повернулся к девушке, чтобы запомнить радость на её лице.

– Он будет рядом с тобой, когда я не смогу, – предупредил прежде, чем открыть перед Талией дверь.

В свободное от вспышек время Деметрио был щитом. И только когда Писец побеждал – клинком. Но я не переживал, что девушка разбудит его. Это было априори невозможно.

– Друзья нам не помешают, – оторвав от своей груди котёнка, коснулась её носа своим. – Правда, Уинтер?

Та пискнула, соглашаясь с ней.

– Уинтер? – переспросил.

Талия уже открыла рот, чтобы ответить мне, но вместо этого ахнула, когда яркий синий свет окрасил её с ног до головы.

Девушка удивлённо посмотрела на меня, затем снова перед собой и так по кругу, пока мы не зашли внутрь. Она приложила кончики пальцев к своим губам, идя по коридору с опущенной вниз головой.

Я же остановился на пороге, любуясь ей.

Горы искусственного антирринума, собранного в небольшие букеты, выстроились на полу по бокам стен, прокладывая собой путь.

Когда вчера вечером Талия сказала мне, что хочет домой, я понял, что пришло время сделать это, и ночью, пока девушка спала, отправился сюда.

Квартира была пуста и неуютна, так как служила ночлегом и местом для временной отсидки. Поэтому пришлось поднапрячься, чтобы следующее место, в котором девушка проведёт несколько ночей перед тем, как отправиться вместе со мной в Лас-Вегас, оказалось приятнее больничной палаты, от серых стен которой уже рябило в глазах у нас обоих.

– Сколько их здесь?

– Семь тысяч девятьсот тринадцать.

Но не я крутил все эти букеты, состоящие из проволоки и светодиодов, до самого утра. Я лишь забрал их по готовности и доставил сюда, так как не мог позволить никому лишнему узнать об этом месте.

Тем более теперь, когда здесь была Талия.

Цветы светились электрически синим, поэтому мне не пришлось включать свет, чтобы разглядеть восторг на лице девушки, когда она повернулась ко мне.

– Я любила цветы?

Надежда на то, чтобы узнать ещё немного о прежней себе, отразилась в её взгляде.

– У тебя началась новая жизнь, – напомнил я. – Отталкивайся от тех чувств, что ты испытываешь сейчас, а не когда-то.

Она любила и ненавидела, потому что прошлая жизнь заставила её сделать это. Но теперь у неё появился шанс посмотреть на те же вещи по новой и принять решения насчёт них, исходя исключительно из своих чувств, нетронутых другими людьми.

Я дал ей время подумать, пока она смотрела по сторонам на огоньки в точности соответствующие цвету её глаз.

Её глаза…

За двадцать четыре года я успел посмотреть в глаза тысячам людей, но синева глаз Талии была уникальна и, казалось, даже нереальна – морские волны и электрический ток соединились в них воедино.

Девушка простояла на месте несколько минут прежде, чем поднять голову и в очередной раз поймать меня за слежкой за ней.

– Нравятся, – улыбка расплылась на её полных губах. – Они мне нравятся, – подтвердила она, кивнув.

А затем подбежала ко мне. Тонкая рука обернулась вокруг моей талии, голова упала на грудь. Уинтер пискнула между нами и вцепилась когтями в футболку, проделывая в ней дыры.

– Но… – Талия замялась, – когда мы поедем домой?

Я ухмыльнулся.

– После того, что понравится тебе без раздумий.

Ближе к ночи у неё закончились вопросы.

Или я так думал…

– Значит, – девушка остановилась около открытого шкафа, глядя на меня, уже лежащего в постели, – мне нравится смотреть гонки?

– Вроде того.

Но скорее наблюдение сводило её с ума, потому что желание запрыгнуть в водительское кресло и показать как надо, непреодолимо рвалось наружу.

Я бы мог напомнить Талии о том восторге, что она испытывала, оказываясь за рулем, но больше мне хотелось посмотреть на её реакцию, когда она заново соприкоснётся с той частью себя, которая пробуждала в ней жизнь.

– В эти выходные, да? – тише спросила она.

Ей было неудобно переспрашивать у меня одно и то же по несколько раз, но я никогда не испытывал раздражения по этому поводу.

Маленький Деметрио выработал во мне неубиваемое терпение.

– В эти выходные, – подтвердил.

Талия улыбнулась, и я мог поспорить, что одна мысль о гонках, уже вызвала трепет на кончиках её пальцев.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я принимаю политику конфиденциальности