АтакА & Исключительная

Выйдя в коридор и плотно закрыв за нашими спинами дверь, я подошла ко всё ещё сидящей на стуле Кайе, беспокойно ищущей наших взглядов. В том, что девочка в курсе того, что её дядя с тётей мертвы, я не сомневалась – наверняка она слышала их предсмертные вопли, а заодно и вопли тех ребят, что сейчас валяются вокруг этого дома… Встав на одно колено перед девочкой, всё ещё не находя в себе сил посмотреть в её большущие чёрные глаза, я уперлась взглядом в её грудную клетку, облаченную в материю наивного розового цвета, и коснулась её оголённой руки чуть выше локтя.

– Ты пойдёшь с нами, – наконец произнесла неприятные для себя слова я: я не смогу должным образом позаботиться о ребёнке, ведь я совсем несовместима с детьми! Мой опыт общения с этими непонятными существами равняется уверенному нулю! – Сколько тебе лет?

– Десять.

– Когда у тебя день рождения?

– Третьего февраля.

Ещё один водолей, не подверженный Атакам: заходя в дом, девочка сказала, что в течение прошедших суток физически чувствовала себя нормально, только испытывала чрезмерный страх, отчего у неё тряслись коленки, и она пару раз плакала…

– А когда дни рождения у твоих дяди и тёти? – мне необходимо было знать…

Я услышала, как Томирис, стоявшая позади меня по мою правую руку, перемялась с ноги на ногу: за прошедшие сутки я не могла не заметить, что она весьма проницательна – наверняка в этот момент она задаётся вопросом о том, почему меня заинтересовала подобного рода информация.

– Дядя родился четырнадцатого декабря, а тётя – тридцатого апреля.

Он был стрельцом, а она… Овен или телец? Я не так хорошо разбираюсь в подобного рода информации. Но мистер Агилера точно был стрельцом! Как я! И он не пережил первую же Атаку! Значит ли это, что я тоже однажды… Нет. Только не паника. У меня и других дел по горло.

– Кайя, а теперь внимательно, – я чуть сжала тонкую руку ребёнка, – в этом доме или на ферме имеются запасы еды?

К моему великому облегчению, девочка положительно и весьма уверено закивала головой:

– Запасы есть. Дядя с тётей покупали много всего, потому что верили слухам про Сталь. Они складывали все покупки в подвале и кладовой.

От слов этого ребёнка с моих плеч как будто тяжеловесный булыжник начал сваливаться.

– Покажешь? – всё ещё напряжённым тоном поинтересовалась я.

– Да, – ни секунды не сомневаясь, уверенно выдала положительный для меня с Томирис ответ ныне единственная наследница фермы Агилера.

Уже спустя три минуты мы втроём стояли посреди просторного подвала, освещённого одной-единственной, голой лампочкой. Комната предстала передо мной пещерой, хранящей в себе несметные богатства, которые вдруг обрели большую ценность, нежели все деньги мира: двадцатилитровые бутыли с водой, настоящие залежи консервов и круп, спички и зажигалки, фонарики, солнечные батареи, целая стойка с туалетной бумагой, прокладками и тампонами, мылом и антисептиками, ящик с медицинскими инструментами и ещё один похожий ящик с медикаментами…

– Это ещё не всё, – вдруг пропищала стоящая позади меня Кайя. Я обернулась, и девочка продолжила: – Наверху есть кладовая. Там дядя с тётей складировали запасы новой одежды и белья. Там в основном всё зимнее, потому что они боялись суровой зимы…

Я замерла, не заметив, как непроизвольно сжала кулаки. Зима?.. Это ведь не может продлиться так долго. Нет, не должно…

– У твоего дяди есть машина?

В который раз положительный кивок этой девочки принёс мне облегчение невообразимых масштабов. Впрочем, конкретно это облегчение продлилось недолго.

Закрыв подвал на массивный амбарный замок и прикрыв вход в него тяжелым деревянным табуретом и персидским ковром, я отдала старинный ключ на хранение Томирис, после чего мы отправились в гараж, в котором нашли практически новый, но всего лишь двухместный пикап. Мы пытались его завести в течение получаса, но все наши усилия были тщетны – автомобиль при полном баке и идеальном внешнем состоянии отказывался заводиться. Я немного пошарила под капотом, насколько это позволяли мои не очень-то сильные познания в этом деле, но и эти действия не принесли никаких плодов – только кажущийся полезным автомобиль оказался всего лишь грудой отполированного металлолома, сдвинуть с места которую нам не помогло бы даже наличие у неё огромных колёс.

Наконец смирившись с тем, что желанный автомобиль нам не помощник, мы втроём без особого энтузиазма отправились назад в конюшню.

Глава 14

Мы вернулись к дому Джерома с тремя лошадьми: одна для меня; одна для Томирис; одна для Бриджит, которая плохо умеет ездить верхом, и Кайи, которая утверждает, будто верховая езда для нее так же проста, как и езда на роликах. Вот только я ни разу не видела эту девочку ни на роликах, ни верхом на коне. Впрочем, Томми подтвердила уверенность девочки в её силах, сказав, что пару раз видела её скачущей верхом на взрослой кобыле.

Уже приближаясь к дому, я думала о том, не будет ли лучше на время разделиться: оставить Кайю с Бриджит дома, а Томирис взять с собой на вылазку в город. Я даже успела прийти к выводу о том, что это лучший вариант, так как в нём мне не придется возиться с растерянным ребёнком и разбираться с непредсказуемыми капризами психически неустойчивой Бриджит. К тому же если Атака повторится, и кто-то посторонний увидит Бриджит корчащейся от боли, это может плохо отразиться на её будущем – вдруг и вправду начнутся облавы на уязвимых? Вдруг и вправду сочтут уязвимых заразными?.. Что тогда? Как я смогу защитить мать от обезумевшей от страха толпы?

Эти вопросы отпали сами собой беспощадно быстро: лучше бы я как можно дольше продолжала задаваться ими, переживать о них, продумывать план обороны, трястись над выкрутасами той, которая обязала меня не называть её моей матерью…

Я заметила человеческую руку лежащей на пороге, выглядывающей из дома на улицу через щель приоткрытой двери чёрного хода, к которому мы приближались. Бросив удила, которые сразу же подхватила Томирис, я, не осознавая своих действий, бросилась к ней… Бриджит…

В ушах внезапно запульсировало, дыхание сбилось, мне резко стало дурно, но я всё равно нашла в себе силы попробовать найти пульс в её теле: запястье молчало, яремная вена молчала, сердце молчало… Отстранившись от уже успевшего остыть тела – сколько прошло с тех пор, как мы ушли, не предупредив её и не взяв с собой?! полчаса?! час?! – я села прямо на пороге и, облокотившись спиной о дверной косяк и поджав колени, уперлась лбом в оба своих кулака, совершенно не задумываясь о том, что в этот момент за мной внимательно наблюдают две пары испуганных глаз, только из-за моего старшинства считающих меня их главной опорой.

…Бриджит была ужасной матерью. Но она была единственной… Моей.

Горло сжалось от странной, до сих пор не бывшей известной мне внутренней боли… Я прикусила один из своих кулаков, чтобы перебороть это безжалостное удушение… Я не пролила ни слезинки. Но издала несколько громких, рычащих криков, которые мне почти не помогли… Ааааа!.. Ааааа!..

ААААА!!!..

Глава 15

Томирис провела Кайю в дом через парадную дверь. Она дала девочке остатки бутербродов и сделала ей чай, расправившись с которыми та должна была тихо дожидаться нашего возвращения, не покидая безопасных пределов дома: она изнутри затворила на замок обе двери и открыть должна была только нам, и никому другому. На случай чрезвычайной ситуации, Томирис прихватила с собой запасную пару ключей.

Мы отвели лишнюю лошадь назад на ферму, вместе распрягли её и выпустили в загон к остальным. Дальше было сложнее. Нужно было копать могилы, а так как никто из нас прежде не занимался ничем подобным, мозоли мы заработали моментально и с задачей справились только спустя целый час. Хоронить решили под стеной гаража, смотрящей на дом – переносить тела дальше было бы тяжело не только физически, но и морально. Единогласно решили устраивать два отдельных захоронения, так что Томирис копала яму для Джерома, а я для Бриджит. Тяжёлая земля поддавалась плохо, и всё же у меня выходило углубляться чуть быстрее, чем у Томирис. Работали в полном молчании, чтобы случайно не сорваться на истерические слёзы. Когда обе ямы стали нам по бёдра, я предложила остановиться. Да, не так глубоко, как положено, но смысл закапывать глубже, если эксгумация неизбежна?..

Сначала мы взялись за Джерома, потому что он лежал уже сутки, и, как и в ситуации с четой Агилера, от его останков уже начало исходить трупное зловоние. Вооружившись перчатками, откровенно побледневшие и пытающиеся скрывать нервную дрожь, мы молча принялись за дело. Не переворачивая труп, мы взяли его за руки (я) и за ноги (Томирис), и переложили на широкий льняной плед, который Томми заранее вынесла из дома. Вместе с пледом и уложили в яму. Бриджит ушла в могилу тоже вместе со льняным полотном, только другого цвета. Закапывали их трясущимися руками и с неудержимыми слезами, которые пытались скрыть, стоя спиной друг к другу и остервенело работая лопатами…

Мы закончили ровно в девять часов утра, а я не верила в это… Как будто после пробуждения не три часа прожила, а двое суток, между которыми где-то потеряла ночи, способные приносить облегчение.

Одинаково опираясь на лопаты и тяжело дыша, мы стояли напротив свежих земляных насыпей и пытались отдышаться. Слёзы, катившиеся в самом начале работы, неожиданно высохли, на плечи вдруг навалилась нечеловеческая, титаническая усталость… Не ожидая от себя слов, я внезапно спросила, не поворачивая головы к Томми:

– Тяжело было, когда Шайлин не стало?

Она немного помолчала, прежде чем дала ответ:

– Мне было восемь. Она ушла мгновенно и не при мне… Тяжело было не во время её ухода – после. – Мы помолчали с минуту, каждый думая о своей пустоте, после чего Томирис вдруг снова подала голос: – Что вообще происходит? – Я не ответила. Да и что я могла ответить? Спутник, какая-то станция под какой-то горой, бред учёного в захудалом баре?.. Не дождавшись от меня ответа, она решила продолжать спрашивать: – Что будем делать с трупами на ферме?

А вот на этот вопрос у меня найдётся ответ:

– Организуем одно общее захоронение. Не сегодня. Завтра.

– В таком случае, какой будет план действий на сегодня?

Уверенный тон. Будь она старше меня или хотя бы моей ровесницей – точно не стала бы интересоваться моим планом и огласила бы собственный.

– Отправимся в город. Если получится, пополним запасы продуктов и медикаментов, – я поймала её взгляд и добавила, – какими бы запасы фермы Агилера ни казались нам внушительными, рано или поздно они всё равно иссякнут.

– Считаешь, всё это ещё долго продлится?

– Хотела бы я сказать, что думаю обратное, но я не знаю…

Нам не к кому идти. Нам нужно выбираться из Канады? А если за канадской стеной действительно бушует некая Сталь?.. Вакцина сверхлюдей в потерянном сейфе с туманным паролем… Что я знаю? Да, по сути, сплошной бред. Но…

– Главная цель вылазки будет не добыча продуктов.

– Наверняка мародёры уже всё смели подчистую, – понимающе подтвердила Томми. – Что же главная цель?

– Библиотека. Нам нужны… – я сдвинула брови, пытаясь ничего не пропустить. – Бумажный атлас дорог Канады и… И мировых дорог. Книги по медицине. Особенно по народной медицине. Что-нибудь о выживании в условиях дикой природы. И ещё, бумажный справочник с адресами и телефонами.

– Такие ещё выпускают?

– Очень на это надеюсь.

– Значит, основная цель – библиотека?

– Удивляет?

– Нисколько. Кто владеет знаниями – тот владеет миром.

Как похоже на меня…

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я принимаю политику конфиденциальности