Дракон: Отработанный материал. Заповедная планета. Игры теней

* * *

Пыхтя и проклиная свои неловкие после ранений руки Рик старательно пытался зарядить свой любимый «кольт». Раритетный револьвер, найденный им на старой Терре во время зачистки рабочих кварталов. Вспыхнувшие восстания горнорабочих заставили правительство планеты в срочном порядке вызывать дивизию рейнджеров, после чего горнодобывающей компании пришлось в срочном порядке набирать себе работников.

Патроны к этому карманному орудию достать было сложно, но оно того стоило. С расстояния в сорок метров этот зверь запросто прошибал человека насквозь. Именно такое оружие ему сейчас и требовалось. Больше рисковать собственным здоровьем Рик не собирался. Этот проклятый инвалид оказался ловчее, чем можно было предположить. И с оружием обращался так, словно оно было продолжением его собственных рук. Вспомнив об этом, Рик невольно скривился.

Пробитая ножом рука все еще ныла, даже несмотря на экстренное заживление в реанимационном танке. Неловко передернув затвор, Рик сунул револьвер за пояс и, застегнув куртку, вышел на улицу. Больше вступать в переговоры с разведчиком он не собирался. Один выстрел, и проблема будет решена простым и вполне приемлемым способом. Ну, а если в доме окажутся свидетели, то Рик поможет исчезнуть и им. В конце концов, все это семейство давно уже сидело у бывшего рейнджера в печенках.

Куратор то и дело требовал разобраться с ними, чтобы заставить поселенцев прекратить пассивное сопротивление. Хотя о каком сопротивлении идет речь, Рик так и не понял, а спрашивать не решился. Вообще, все хитросплетения любой политики всегда были для него чем-то из ряда вон выходящим. Его стихией всегда было действие. Бой, драка, где все просто и ясно и где противника видно невооруженным взглядом.

И вот теперь Рик решил действовать самостоятельно. Так, как привык делать всегда. Уничтожив ссыльного разведчика и приютивших его баб, он тем самым заставит проклятого доктора вылезти из своей норы и прийти в поселок. Тут он с ним и покончит. Раз и навсегда. Хитрости куратора, на которые тот пускался, чтобы захватить доктора живьем, Рику давно уже надоели. За скальп мертвого врача плата была чуть меньше, но ему одному хватит.

Добыв голову Мишеля, он воспользуется возможностью свободного выезда с планеты и, привезя ее председателю совета директоров, получит свою награду. Делить награду с куратором Рик не собирался. Именно поэтому он всегда настаивал, что сопровождать пленника отправится вместе с ним. Куратор кривился, но, отлично понимая, что сам справиться с пленным врачом не сможет, вынужден был соглашаться. Что ни говори, а в деле ареста и сопровождения арестованного он ничего не смыслил. Но результата от его хитростей не наступало, и Рик решил поступить по-своему.

Добравшись до дома Дженни, Рик озадаченно посмотрел на подпиравшее дверь полено и удивленно принялся чесать в затылке. Судя по количеству снега на тропинке и закрытой двери, дома никого не было уже несколько дней подряд. Соседи протапливают печь, это понятно, но самих хозяев нет уже давно. Остается только понять, кто именно следит за оставленным хозяйством, и попытаться выбить из него нужную информацию. Рик больше не хотел оставаться на этой планете и решил идти напролом.

Словно в ответ на его рассуждения, на дороге появилась вдова Лина и, не спеша свернув к дому Дженни, испуганно замерла. Отлично зная, кто перед ней, она явно боялась. Это чувство так ясно отразилось на лице женщины, что Рик, мрачно усмехнувшись, сделал то, чего не осмелился бы сделать при других обстоятельствах. Вскинув руку, он повелительным жестом позвал женщину к себе, громко приказав:

– А ну иди сюда, корова тупая.

Вздрогнув, вдова невольно шагнула к нему, но, взяв себя в руки, остановилась.

– Что ты здесь делаешь, Рик?

– Где эта старая сука и ее тварь? – не скрывая ненависти, зарычал Рик.

– Не знаю. Дженни попросила присмотреть за домом, сказав, что уезжает на несколько дней, – ответила женщина с явным удивлением в голосе. Одновременно с удивлением в голосе ее звучал испуг.

– Куда именно она поехала? – снова зарычал Рик, начиная терять терпение.

– Она никогда не говорит, куда именно едет, – пожала Лина плечами.

– Я спрашиваю в последний раз, куда она уехала? – рявкнул Рик, делая несколько быстрых шагов к женщине и хватая ее за плечо.

– Мне больно! – вскрикнула Лина. – Я не знаю, куда они уехали, Дженни никогда этого не говорит.

Голос женщины сорвался. В нем отчетливо слышались слезы боли и обиды. Понимая, что она говорит правду, Рик отшвырнул женщину в сугроб и широким шагом вышел на дорогу. Дженни и ее внучка всегда умели скрывать свои планы от всех живших в поселке. Только они всегда точно знали, где находится их родственник, и умели путать следы так, что разобраться в них не смог бы ни один следопыт.

Как, когда и где они постигли эту науку, Рик не знал, да и не хотел знать. Ему нужно было найти врача и поквитаться с ссыльным. Рисковать собственной шкурой и тратить лучшие годы своей жизни на этой богом забытой планете он больше не собирался. Хватит с него и того, что уже было. Усевшись в выпрошенный у куратора снегоход, бывший рейнджер задумался. Теперь ему предстояло решить, куда именно ехать. Не зная направления, можно было бесконечно колесить по всему континенту. Но додумать свою мысль он не успел.

Новенькая рация, установленная в машине, вдруг ожила, и Рик услышал голос куратора. Нажав на кнопку ответа, бывший рейнджер ответил:

– Слушаю, что у вас произошло?

– Хочешь сказать, что ты ничего не знаешь? – удивился куратор.

– Что именно я должен знать? О чем вы вообще говорите? – возмутился Рик, снова начиная злиться.

– О том, что на побережье появился мобильный комплекс связи. Он перемещается и регулярно выходит на связь. Твоя задача – найти его и как можно быстрее уничтожить, – послышалось в ответ.

Такого Рик не ожидал. Появление мобильного комплекса связи означало, что на планету высаживались посторонние люди, которым совершенно наплевать на все законы и запреты. И такое положение вещей означало очередные серьезные неприятности. Но с другой стороны, объектом со связью мог быть только один человек. Ссыльный разведчик. Будь у беглого врача такой комплекс, он давно бы уже связался с кем-нибудь из своих старых знакомых, пытаясь привлечь внимание к происходящему на планете.

Значит, чтобы закончить начатое, ему придется отправляться в дорогу. Придя к такому выводу, Рик очнулся от своих мыслей и, услышав, что куратор уже добрую минуту пытается до него докричаться, ответил:

– Слышу, не ори. Где именно на побережье в последний раз засекли связь?

– Я же сказал, на побережье, – завизжал куратор от избытка чувств.

– Побережье протяженное. Где именно? – зарычал в ответ Рик, испытывая огромное желание обложить дурака от всей своей широкой души.

– У длинной скалы, – последовал ответ.

– Проклятье, туда четверо суток добираться, – выругался Рик.

– Вот именно. Так что поторопись. Судя по всему, они продолжают двигаться.

– Понял, выезжаю, – ответил Рик, отключая связь.

Запустив двигатель, он дал ему немного прогреться и, включив передачу, погнал машину к фактории. Нужно было получить продукты в дорогу и дистиллированную воду для снегохода. Взяв на складе все необходимое, он снова уселся за руль и, выехав из поселка, погнал машину в сторону моря. Единственная причина, по которой он не стал спорить и сопротивляться этой командировке, заключалась в том, что рядом с разведчиком должен был отыскаться и один из тех, кого он так хотел увидеть.

* * *

Вот уже пятый день подряд Влад брал на плечо чемодан с комплексом связи и выбирался на верхушку скалы по вырубленным в камне ступеням. Как оказалось, Мишель оказался не так прост, за годы своего затворничества сумел создать в своих пещерах настоящие крепости. Выяснилось, что помимо медицинского оборудования, он притащил на планету несколько приборов, которые используют геологи. Именно благодаря одному из таких приспособлений Владу и не приходилось выходить из пещеры. Достаточно было просто подняться по ступеням к потолку и протиснуться в узкую щель, за которой находился узкий карниз.

Включив комплекс, разведчик выжидал ровно десять минут и, получив сигнал о приеме пакетного сообщения, уходил обратно. Засечь или перехватить подобное сообщение было невозможно. Длилось оно всего пятнадцать миллисекунд. После получения сообщения Влад возвращался в пещеру и, включив кодировщик, узнавал новости о продвижении поисков. Но пока группе поддержки похвастаться было нечем. Несмотря на то что десантный бот кружил над морем почти круглые сутки, обнаружить пока ничего не удалось. Оставалось только ждать.

В очередной раз услышав, что новостей нет, Влад выключил комплекс и, не удержавшись, громко выругался. Склонившийся над микроскопом Мишель оторвался от работы и, с интересом выслушав экспрессивную тираду разведчика, усмехнулся:

– Опять глухо?

– Угу, – очень содержательно отозвался Влад.

– Тебе не кажется, что ты все-таки ошибся?

– Нет. Я не ошибся. На планете что-то есть, – упрямо покачал головой Влад.

– Ну и упрямый же ты! – покрутил головой Мишель.

– Они сами подтвердили это, – ответил Влад, от избытка чувств пристукнув кулаком по стене пещеры.

– Кто они и что это? – проявил Мишель вялый интерес, одновременно утыкаясь в свой микроскоп.

– Они – это корпорация, а это – то, что они здесь прячут. Иначе для чего было атаковать десантный бот? Только потому, что боятся нарушить экосистему планеты? Чушь собачья!

– Согласен. Обстрел твоих друзей очень странен. Особенно после того, как они уже побывали на планете, – протянул Мишель, не отрываясь от окуляров микроскопа.

– Чего ты там такого увидел? Простейшие веселую порнушку крутят? – не удержался Влад от подначки.

– Веселее. Помнишь, я у тебя кровь на анализ брал?

– Такое трудно забыть. Ведро крови из меня выкачал, вампир, – тихо рассмеялся разведчик.

– Сам дурак. Так вот, тогда я еще не понял, что с твоей кровью не так. Были кое-какие неувязки, но списал это на отсутствие подходящих условий. А когда мы приехали сюда, решил перепроверить все еще раз.

– И что получилось? – не понял Влад. – Только не говори, что мне требуется еще и замена крови.

– Угадал, – мрачно кивнул Мишель. – Не хотел тебе этого говорить, но, судя по тому, что я увидел, такая замена тебе просто необходима.

– Не понял. С чего это вдруг? – растерялся Влад. – Я нормально себя чувствую.

– Сейчас да. Но вся беда в том, что боевые коктейли, которые вам вкалывали, можно применять только последовательно. После того, как действие предыдущего закончится. А исходя из полученных мною данных, их вливали тебе один за другим, без всяких соблюдений этого правила.

– Короче. Хочешь сказать, что из отпущенного мне тобой года остался всего месяц?

– Не знаю. Я действительно не знаю, что из всего этого получится, – еле слышно отозвался Мишель. – Я никогда раньше не видел такой реакции живой крови на введенные в нее химикаты.

– И поэтому решил, что это может быть опасно? – насторожился Влад.

– Даже не знаю, как тебе это объяснить, – задумчиво протянул врач.

– Как-нибудь попроще. А главное, по порядку. С чего ты взял, что это опасно?

– С того, что инородные химические соединения смешались в какой-то совершенно безумный коктейль. Ни в одном справочнике по обслуживанию спецподразделений такой смеси просто нет. А я знаю их все наизусть.

Далее, эта штука, что сейчас бродит в твоих жилах, заставляет твой организм работать почти на пределе возможностей. И это после того, как ты еле-еле встал на ноги. Именно поэтому ты и чувствуешь себя нормально, но быстро устаешь. И именно поэтому сильно потерял в весе.

– Ну, толстяком я никогда не был, – пожал плечами Влад.

– Толстяком да. Но сейчас у тебя почти нет подкожной жировой прослойки.

– А это плохо?

– Не очень хорошо.

– Но ведь мышечная масса у меня практически не изменилась.

– Вот это меня и удивляет. Говорю же, я ничего не понимаю. Но самое неприятное, что эта чертова смесь регенерирует все твои ранения так, словно ты не человек, а какая-нибудь ящерица.

– И что тебя не устраивает? – не понял Влад.

– Это может стать проблемой, если мне придется оперировать тебя, – помолчав, ответил Мишель.

– Ты все еще носишься с этой идеей? – удивился Влад.

– А ты решил, что это у меня шутки такие? – огрызнулся врач. – Нет, приятель. Так даже я не шучу. Я сделаю тебе эту операцию, даже если для этого мне придется треснуть тебя ломом по упрямой башке и связать.

– А с Риком что будешь делать? Тоже ломом?

– Если потребуется.

– А если серьезно?

– А если серьезно, то у меня есть одна очень полезная штука. Называется, ружье для стрельбы транквилизатором. Обычно его используют для того, чтобы обездвижить животное, для дальнейшего его изучения, но и для человека оно тоже подойдет.

– А то я не знаю, что это такое, – насмешливо фыркнул Влад. – Признавайся, прохиндей, где ты его взял и зачем на планету притащил?

– Купил, еще во время учебы на биологическом. А притащил, чтобы иметь возможность в нужный момент проверить, из чего делают местных пушных зверей.

– Как это из чего? Разве они не клоны?

– Клоны. Но генноизмененные.

– Так. Похоже, ты готовился к тому, чтобы разводить этих животных без помощи корпорации, – сообразил разведчик.

– Именно.

– Так ведь для них транквилизатора нужно всего ничего. Для такого быка, как этот ваш Рик, этот укол будет как десантному боту кирпич.

– А кто сказал, что у меня шприцы только для мелких животных, – хитро прищурился Мишель. – Короче говоря, просто заманиваем его в тихий уголок, всаживаем укольчик, грузим в снегоход, а когда очнется, все уже будет кончено.

– В каком это смысле? – насторожился Влад.

– В смысле операция, – пожал плечами врач. – А ты что подумал?

– Так ты хочешь пересадить ему мои легкие? – окончательно растерялся Влад.

– А ты решил, что я его под лед спущу? Нет. Я не убийца. Но и покушение на свою семью оставить безнаказанным не могу. Такие вещи нужно пресекать раз и навсегда.

– Добрейшей вы души человек, доктор, – не удержался разведчик от очередной шпильки.

– А что тебя не устраивает? Он работает на корпорацию, вот пусть она и позаботится о здоровье своего служащего. Для этого у них есть все необходимые возможности.

– А если он до этого не доживет?

– Его проблемы. Я дам ему шанс, а уж как там сложится, меня не волнует, – пожал плечами Мишель.

– Ты доктор или вивисектор? Это же живой человек, – делано возмутился Влад.

Насмешливо смотревший на него Мишель, услышав фальшь, широко улыбнулся и, скрестив руки на груди, медленно, с расстановкой ответил:

– Я врач. Но я еще и человек. Так что не пытайся отговорить меня, упирая на совесть. Я давно уже все продумал.

– Уверен?

– Не понимаю, что тебя не устраивает? – возмутился Мишель. – Ему дают шанс жить, а он морду воротит.

– Да не ворчу я, – улыбнулся в ответ Влад. – Я не хочу, чтобы ты потом сам себя загрыз.

– Ну, за мое душевное здоровье можешь не волноваться. Тем более что все это я придумал, а значит, прежде чем озвучить свое предложение, тщательно все взвесил.

– Ладно. Значит, осталось только найти этого быка и заманить его в ловушку. Только как это сделать?

– А вот это придется придумать тебе. В таких делах я не силен, – прищурился Мишель.

– Опять хитришь?

– Нет, просто темню, – рассмеялся в ответ врач. – Так что, согласен?

– А у меня есть выбор? – грустно усмехнулся Влад.

– Нет. Вот выбора у тебя точно нет.

– Неужели ты бы и вправду применил силу, если б я отказался?

– Даже не сомневайся. Я сделал бы все сам.

– Тогда сделаем так. Завтра я свяжусь с парнями и скажу, чтобы они продолжали работать без нашего участия. В любом случае мы пока только наблюдатели. Если они что-нибудь найдут, то и сами решат, что делать. А мы отправимся обратно к поселку. На охоту.

– Согласен. Только после охоты нам придется вернуться сюда.

– Зачем?

– Здесь оборудование лучше. Я хочу исключить любую случайность.

– Три дня тащить этого кабана в бессознательном состоянии. Весело.

– Можно подумать, что ты потащишь его на себе.

– Он же здоровенный, мы вдвоем его в салон снегохода не затащим, а в багажном отсеке он просто замерзнет.

– Придумаем что-нибудь, – помолчав, решительно ответил Мишель.

– Прямо как у нас. Шлепнемся на поверхность, а дальше видно будет, – усмехнулся Влад.

– Это в смысле на тренировках?

– На боевых выходах. Несмотря на сканирование поверхности, облет на боте и прочие изучения, толком о планете никто ни черта не знает. Мы выходим на поверхность и начинаем работать. Именно поэтому сейчас, там, на том боте проводят полевые испытания новой кастрюли, которая способна разглядеть консервную банку не то что на поверхности, а даже в скале. Похоже, нашему правительству надоело людей терять.

– Дай-то бог, чтобы это было так, – кивнул врач.

– Ты это к чему? – снова не понял Влад.

– Не обращай внимания. Просто мысли вслух.

– Опять темнишь?

– Ага. Ладно, давай перед отъездом на рыбалку сходим, – неожиданно предложил Мишель. – Я тебя своим фирменным блюдом угощу. Рыба, тушенная в белом вине.

– Издеваешься? Где ты на этом захолустье вино найдешь? – усомнился Влад.

– Фома неверующий, – рассмеялся врач. – А я думал, ты сразу сообразишь.

– Погоди, хочешь сказать, что умудрился из местных растений вино делать? – удивленно протянул разведчик.

– Ну, наконец-то сообразил, – продолжал веселиться Мишель. – Я же говорил, из местной флоры можно что угодно сделать. А главное, местное практически не будет отличаться от настоящего. Знаешь, у меня даже мелькнула мысль: наладить поставку на другие планеты вина распространенных марок.

– Для доктора у тебя слишком криминальные наклонности. То дурь, то вино, то нелегальная трансплантация органов. А что дальше будет? – усмехнулся в ответ Влад.

– Прибавь к этому контрабанду, связь с криминальными структурами, попытку организации бунта, и получишь почти полный список, – не остался в долгу врач.

– Почти? – с интересом переспросил Влад.

– Ну, там было еще кое-что по мелочи, – пожал Мишель плечами. – Мордобой, пара нелегальных абортов, ничего такого, о чем стоило бы вспоминать.

– М-да, недаром говорят, что мировоззрение у докторов с определенного момента становится каким-то извращенным, – не удержался Влад от шпильки.

– Да что там у обычных докторов, – отмахнулся Мишель. – Вот у психологов и психиатров, это да!

– Ну, тебе виднее, – рассмеялся в ответ разведчик. – Ладно, давай попробуем порыбачить. Правда, из меня рыбак, как из черепахи спринтер.

– Ничего. Я научу, – улыбнулся Мишель, хлопнув его по плечу.

Забравшись в дальний угол своей пещеры, он извлек на свет пару раздвижных спиннингов и, демонстрируя это богатство разведчику, с гордостью заявил:

– Настоящий шедевр. Купил по случаю еще во время учебы. Не удержался. Сделаны по принципу старинных приспособлений для рыболовства из современных материалов. Не ломаются, не подвержены коррозии и не боятся больших нагрузок. А главное, получаешь истинное удовольствие от самого процесса.

– Все, все, уговорил, – рассмеялся Влад, шутливо вскидывая руки. – Тебя не останови, до следующего утра нахваливать будешь.

– Вот так всегда, только разойдешься, а тебя за крыло и мордой об землю, – вздохнул Мишель с притворным возмущением.

– Пошли уже дело делать, летун, – отмахнулся Влад, забирая у него один спиннинг.

Мужчины спустились к кромке прибоя, и Мишель с важным видом принялся пояснять, как правильно нужно забрасывать, подсекать, подтягивать, вываживать и вытаскивать. Найдя на катушке нужную кнопку, разведчик примерился, размахнулся и резким движением забросил крючок. Точнее, воблер, как обозвал Мишель пластиковую рыбку, увешанную крючками. К собственному удивлению, разведчик умудрился запустить ее почти на всю длину шнура, или как оно там называлось.

Увидев результат броска, Мишель только удивленно присвистнул. Чуть усмехнувшись, Влад с победным видом принялся вертеть ручку, сматывая шнур. Мишель, недолго думая, забросил свою наживку и, мурлыча себе что-то под нос, мечтательно протянул:

– Разве не здорово? Ты, море, удочка и тишина.

– Она тебе еще не надоела? Ты же годами один живешь.

– Я люблю тишину. Она помогает мне сосредоточиться. К тому же с годами я научился не просто жить в тишине, а слушать ее. Вычленять из сотен разных звуков тот, который не соответствует окружающей обстановке. Знаешь, это очень помогало мне на охоте и даже пару раз спасло жизнь.

– О как?! – не удержался Влад. – И какой же болван умудрился так облажаться на твоей собственной планете?

– На собственной это слишком громко сказано, – усмехнулся в ответ Мишель. – Но, как оказалось, от жадных дураков ни одна контора не застрахована. Вот и наша любимая корпорация оказалась в числе таких неудачников.

– И что стало с этими убогими?

В ответ Мишель только загадочно усмехнулся. Удивленно покосившись на стоящего рядом доктора, Влад перестал вертеть ручку катушки и, не удержавшись, спросил:

– Хочешь сказать, что к уже озвученному списку можно прибавить даже такое тяжкое деяние?

– Это ты сказал, – пожал плечами Мишель. – Неопытные чечако приехали на чужую им планету и отправились на охоту без проводников. Не зная местных реалий, парни исчезли. Пропали без вести. Так бывает. Провалились в полынью, или не заправили вовремя машины, и попросту замерзли. Искать их, само собой, никто и не собирался. Ведь они не местные и не новички, а значит, это дело корпорации. У поселенцев своих забот хватает.

– Понятно, – помолчав, кивнул Влад.

В этот момент резкий рывок чуть не вырвал спиннинг у него из рук. Благо рукоять он сжимал левым протезом. Окажись она в правой руке, и снасть точно была бы утеряна. Послышалось свистящее жужжание быстро разматывающейся катушки, и Мишель завопил, едва не выронив свою удочку:

– Притормаживай, не давай ей распуститься до конца! Влад послушно прижал пальцем кнопку тормозного механизма, и леска стремительно пошла в сторону.

– Есть, больно стало, метаться начала, – азартно прокомментировал Мишель.

– Может, ты заткнешься и дашь мне самому разобраться? – фыркнул Влад, ощущая уже самый настоящий азарт.

– Сам заткнись, чечако. Упустишь такую рыбину, точно в глаз дам, – огрызнулся доктор.

– Да помолчи ты, лекарь, мешаешь, – зарычал Влад, отчаянно сражаясь с добычей.

Неизвестно, что за рыбина ухватила наживку, но таскала она так, что у разведчика создалось впечатление, будто он пытается голыми руками снегоход удержать. Дав добыче напрыгаться, Влад принялся медленно подтягивать ее к берегу. Еще сорок минут такой борьбы, и на прибрежной гальке забилось метровое тело.

– Вот это да! Таймень! Знаешь, приятель, эта рыбка твой земляк. Ее тоже вывезли из России. Водилась в сибирских реках, – с искренним восхищением сказал Мишель.

– Потому и дралась до последнего, – задумчиво протянул Влад.

– О, похоже, и у меня клюнуло, – весело произнес врач, начиная плавно сматывать леску.

– Вот и хорошо, – кивнул Влад, опускаясь на корточки перед своей добычей.

Одним движением вырвав из пасти тайменя крючок, он поднял рыбину и, недолго думая, бросил ее в воду.

– Ты с ума сошел? – завопил Мишель.

– Эта рыбина настоящий боец. Пусть живет. Тем более что ты с добычей, – ответил разведчик, улыбаясь непонятно чему.

– Вот уж точно про русских говорят, что они все чокнутые, – проворчал Мишель, вытаскивая на берег небольшого осетра.

– Ого. Похоже, в этом море рыбу ловить одно удовольствие, – удивленно охнул Влад.

С этой минуты у приятелей начался такой лов, как будто отпущенный таймень, словно в благодарность за свою свободу, принялся загонять рыбу прямо на снасти. Влад с трудом уговорил доктора закончить рыбалку. На каждого из приятелей приходилось по шесть рыбин. Несмотря на ярко светившее солнце, мороз был за минус десять, и разведчик успел слегка замерзнуть. Собрав добычу, приятели не спеша отправились в сторону пещеры.

Поднявшись по тропинке на плато, они медленно шли в сторону скалы, когда из леса внезапно вышла группа людей, одетых в странные оранжевые лохмотья. Первым, как ни странно, их заметил Мишель и, резко остановившись, мрачно прошипел:

– Вот только этого нам и не хватало.

– Кто это? – так же тихо спросил Влад, всматриваясь в медленно бредущую толпу.

– Если честно, толком не знаю, да и никто не знает. У нас их называют попрошайками. Какая-то религиозная секта, адепты которой могут только молиться и не имеют права работать. Пошли отсюда, пока они нас не заметили, – добавил врач, сворачивая в сторону.

Приятели успели сделать не больше двух десятков шагов, когда над полем разнесся долгий многоголосый крик. Влад сбился с шага и собрался уже остановиться, когда Мишель, ухватив его за рукав, жестко приказал:

– Иди, не останавливайся и не оглядывайся. Прицепятся, не отстанут, пока не оберут до последней нитки.

– Может, им помощь какая нужна? – удивленно протянул Влад.

– Кнут им хороший нужен или лекарство от глупости и лени, – фыркнул Мишель.

– Может, объяснишь, кто они такие? – спросил Влад, прибавляя шагу.

– Я уже сказал. Попрошайки и лентяи. Бродят из поселка в поселок и все норовят что-нибудь выпросить. Народ у нас простой, патриархальный. И голодного всегда накормят, и холодного обогреют, но сделают это один раз. Дальше или плати, или отработай. А эти ничего делать не хотят. Избави тебя господь от глупости в дом их пустить. Потом не выгонишь. Еще и воруют, что плохо лежит.

– А чего они вдруг орать-то начали? – спросил Влад, украдкой оглядываясь через плечо.

– Чтобы внимание привлечь. Зачем же еще? Увидели двух охотников, значит, обязательно попытаются догнать и чего-нибудь выпросить, – презрительно выплюнул Мишель, аж передернувшись от омерзения.

– Тогда пошли быстрее. Они в нашу сторону посланцев отправили, – ответил Влад, прибавляя шагу.

– Обычная тактика. Несколько подростков догоняют и начинают хватать за руки, задавая вопросы и галдя, пока остальные подходят. Детей бить не будешь, а осторожно оторвать их от себя не получится. Будут хвататься до последнего.

За разговором они успели зайти за скалу, где постоянный ветер сдувал снег, и беглецы могли не беспокоиться за оставленные следы. Глотнув своего лекарства, Влад одним движением выхватил у Мишеля связку с рыбой и, забросив ее на плечо, скомандовал:

– Догоняй, – неожиданно припустив неспешной, но очень продуктивной рысью.

Тренированное тело моментально настроилось на бег, и тяжелые сапоги разведчика гулко застучали по мерзлым камням. Кинувшийся за ним Мишель успел только выдохнуть:

– Учти, свалишься, я тебя не дотащу.

– Успеем, – ответил Влад, не вдаваясь в пояснения своей идеи.

Приятели успели свернуть за следующий валун и, перейдя на шаг, скрыться в лесу, когда у пройденной скалы зазвучали голоса преследователей.

– А они упрямые, – тихо сказал Влад, снова глотнув микстуры.

– Еще бы. На пустом берегу добычу найти. Будешь упрямым, – зло ответил Мишель.

– Ты уверен, что им не помощь, а именно наши пожитки нужны?

– Так же, как уверен в собственном имени. Ты же видел, во что они все одеты. Лохмотья сплошные. Любую украденную или выпрошенную тряпку занашивают до такой степени, что она прямо на них сгнивает. От болезней и насекомых их спасает только холод.

– А разве у них своего жилья нет?

– Откуда? Его же построить нужно, а им, видишь ли, вера работать запрещает. Они в высшие силы веруют, и раз уж эти самые силы привели их в этот мир, значит, и о хлебе насущном и о жилье они же позаботятся. Живут в пещерах, у центрального хребта. И вот такими командами расползаются по всему континенту, якобы неся слово божье всем слепым. Проповедники, твою в душеньку.

– Ну, брат, тебя послушать, так не доктор говорит, с кучей высших образований, а наш корабельный боцман, – усмехнулся Влад.

– И чем это он был так знаменит, этот ваш боцман? – с интересом спросил Мишель.

– Ругался так, что просто заслушаться можно было. Однажды на спор ровно пятнадцать стандартных минут ругался без перерыва, и ни одно ругательство не повторилось.

– Талант.

– Не то слово, – усмехнулся Влад, продолжая шагать.

– Ну, как видишь, общение с лучшими людьми городского дна и для меня даром не прошло, – рассмеялся Мишель.

– Может, стоило бросить на том пустыре одну рыбину, чтобы эти отвлеклись? – спросил Влад, вслушиваясь в голоса преследователей.

– Не поможет. Зачем довольствоваться одной рыбиной, если можно заполучить все. Достаточно всего лишь проявить упорство. А этого у них больше чем достаточно.

– Не понимаю. Зачем тратить столько сил и прозябать в голоде и нищете, если можно приложить немного усилий и жить по-человечески? – помолчав, вздохнул Влад. – Не роскошно, конечно, но как все люди.

– А кто сказал, что это люди? – пожал плечами Мишель. – Это не люди, это фанатики. Особый подвид людей. Отличается от основного вида огромным упрямством, злобностью и полным отсутствием умения воспринимать других адекватно. Дрессировке поддается легко, особенно когда она проводится при помощи воздействия на инстинкты. Это я тебе как биолог говорю.

– Любите вы людей, доктор. Так любите, что аж зубы от злости сводит, – ехидно усмехнулся Влад.

– Людей люблю. А вот таких вот нелюдей терпеть не могу. Однажды, после их нашествия, весь поселок трех женщин с детьми от голодной смерти спасал. Унесли все, даже правила для шкурок. А уж они-то из простых веток сделаны. Тем более что сами они капканов не ставят и пушнину не выделывают.

– Вот кстати. А кто тут выделкой занимается? И где? – с интересом спросил разведчик.

– В каждом поселке есть своя мастерская, где несколько ребят обрабатывают меха вручную. Наша пушнина потому так и ценится, что вся обработка производится только вручную и при помощи естественных, растительных средств. Никакой химии и современных технологий. Каждая шкурка выделывается и разминается руками наших мастеров.

– Это же с ума сойти можно! – ахнул Влад.

– Ты это про что? – не понял Мишель.

– Столько возни с каждой шкуркой, а добывают их сотнями.

– А что делать? Охотники добывают шкурки и сдают их в фактории. Потом все скупленное привозят мастерам и забирают уже готовые меха. Можно сказать, что скорняки у нас самые богатые жители планеты. Могут брать в факториях все, что захотят, и заказывать почти любые товары. Естественно, которые не включены в список запрещенных. Но и работа тяжелая. Настолько, что через десять лет все мастера едва могут сжать пальцы в кулак. Перестают владеть собственными руками.

– И от этого ты их тоже лечишь?

– Пришлось срочно изобретать мазь, – кивнул Мишель.

– Ты умудрился справиться с профессиональной болезнью при помощи одной мази?

– Нет, конечно. Мазь просто предохраняет кожу, мышцы и сухожилия, а для суставов есть микстура.

– А почему ты делаешь только микстуры? Разве порошки или таблетки не проще?

– Нет. Для изготовления таблеток требуется специальная установка, а у меня ее нет. Порошок требует тщательной сушки, это долго. Поэтому я избрал самый простой и безопасный способ. Развожу нужные составляющие в нейтральной жидкости. Так микстура лучше усваивается организмом. Да и запивать ее водой, как таблетки, не нужно.

– Да уж, эффект от твоей фармакологии потрясающий, – согласился Влад, продолжая переть по снегу, как лось.

– Слушай, умирающий, сбрось скорость. Ты меня уже загнал, – неожиданно взмолился Мишель. – И откуда только у тебя силы?

– Если бы не дыхалка, я тебя уже на собственном горбу в пещеру бы заносил, – усмехнулся разведчик, покорно сбавляя шаг. – Нас таким фокусам специально учили.

– Не хочу даже спрашивать, зачем, – отмахнулся Мишель.

– И все-таки, откуда здесь религиозные фанатики? – не унимался Влад. – А самое главное, чего я никак не могу понять, чем они живут. Ну, невозможно же без конца воровать пищу или одежду. Рано или поздно поймают и, по крайней мере, набьют морду. И это в лучшем случае.

– Толком никто не знает, откуда тут взялась эта секта, – помолчав, ответил Мишель. – И да, ты прав. Их регулярно бьют, гоняют и даже стреляют, но они все равно приходят. Сектантов не много, и поэтому они стараются украсть сразу как можно больше. Чтобы хватило на переход до следующего поселения и пропитание тем, кто остался в их поселке.

– Знаешь, если вспомнить, какие тут морозы и бураны, все это звучит насколько фантастично. А с другой стороны, если вспомнить, что двери у вас тут вообще не закрываются, то не удивительно, что они предпочитают воровать, а не работать. Чего проще полено в сторону откинуть?

– Не могу с тобой не согласиться, – усмехнулся врач с заметной растерянностью. – Но как применять замки там, где соседи приходят протопить твой и еще несколько других домов сразу. В ключах запутаешься. Да и замерзает у нас механика, даже самая простая.

– Значит, нужно сделать везде одинаковые замки. Ну, чтобы ключ от своего дома подходил к замку соседа. Тогда и ключи никому отдавать не надо будет, – моментально нашелся Влад.

– А вот об этом я как-то не подумал, – удивленно протянул Мишель, почесывая в затылке.

– Дарю идею, пользуйся, – усмехнулся в ответ Влад.

За разговором друзья добрались до пещеры, где доктор оборудовал свою лабораторию, и Влад, внимательно осмотревшись, понял, как Мишель решил запутать свои следы. Рыбаки обошли скалу, пройдя через несколько открытых участков, на которых снега или вообще не было, или наст был настолько плотным, что легко выдерживал вес такого крупного человека, как разведчик. Приятели уже собирались войти в грот, где стояла их машина, когда от кромки леса отделился снегоход.

Едва услышав гул мотора, прозвучавший в тихом посвисте ветра долгой басовой нотой, Влад перебросил доктору добычу и сорвал из-за спины карабин, с которым теперь не расставался даже во сне.

– Черт, похоже, вляпались, – сквозь зубы выдохнул Мишель.

– Медленно отходим в грот, – тихо скомандовал Влад. – Только не суетись и не делай резких движений. Может, и пронесет.

– В каком смысле? – не понял Мишель.

– Иди, потом поговорим, – огрызнулся разведчик, медленно смещаясь вдоль скалы.

– Угораздило же тебя в свою армейскую форму одеться, – не смог промолчать доктор.

– Я тебе сейчас по шее дам, если не заткнешься и не начнешь делать то, что я говорю, – мрачно пообещал Влад.

Сообразив, что это совсем не шутка, доктор принялся в точности копировать каждое движение приятеля. Но, несмотря на все усилия, их явно заметили. Снегоход, свернув с дороги, помчался прямо к скале. Ухватив Мишеля за плечо, Влад одним сильным толчком закинул его в грот и, выждав несколько секунд, кинулся следом.

– Ты что творишь?! – возмущенно зашипел врач, поднимаясь с пола и потирая ушибленный локоть.

– Заткнись. Лучше скажи, кто может знать про твою пещеру? – рыкнул в ответ разведчик.

– Не знаю. И снегоход какой-то незнакомый, – подумав, ответил врач.

– Значит, придется действовать крайне жестко, – насупился Влад.

– Тогда дай мне сначала посмотреть на него, – быстро ответил Мишель.

– Залезай в машину. Если это кто-то посторонний, просто включи фары. Остальное я сам сделаю, – скомандовал разведчик.

Понимая, что в таких игрищах он разбирается намного лучше, Мишель послушно забрался в кабину снегохода и, пригнувшись, спрятался под панель приборов. Влад, быстро глотнув своего волшебного снадобья, отступил в дальний угол и, присев на корточки, практически слился со стеной. В такой позе он умел сидеть часами, что никак не отражалось на последующей скорости передвижений. Специальный комплекс упражнений, разработанный для спецподразделений, помогал избежать затекания мышц.

Гул мотора явно приближался, так что ждать друзьям оставалось не долго. Рядом с гротом заскрипел снег, и машина остановилась. Чуть усмехнувшись, Влад одним пальцем снял карабин с предохранителя и прикрыл глаза, настраивая имплантат глаза на ночное видение. На улице хлопнула дверца, и послышались тяжелые шаги. Не шевельнувшись, Влад только скосил глаза, пытаясь разглядеть пришельца. Вошедший, заметив стоящий в гроте снегоход, весело хмыкнул и, достав из-за пояса станнер, решительно шагнул к машине.

В этот момент Мишель нажал на кнопку включения света фар, и Влад ринулся в атаку. Не ожидавший от брошенной машины такого коварства, пришелец вскинул руку, инстинктивно закрывая глаза, и в этот момент разведчик от всей души треснул его прикладом по голове. Утробно икнув, незнакомец выронил оружие и рухнул на пол. Быстро сорвав с него пояс, Влад связал лежащему руки и, повернувшись к машине, скомандовал:

– Мишель, выключи фары, а то светишься как маяк.

Послушно выключив иллюминацию, доктор выбрался из машины и, подойдя к поверженному противнику, с растерянной улыбкой сказал:

– Ты хоть понял, кого по башке двинул?

– Догадываюсь, – усмехнулся Влад с заметной растерянностью.

– Выходит, само провидение за нас. Тащим его в лабораторию и начинаем готовиться к операции, – решительно заявил врач.

– Я же после нее месяц на койке проваляюсь. А дело так и не сделано, – с сомнением протянул Влад. – Ведь реанимационного танка у тебя здесь нет.

– Танка нет. А вот реанимационный бокс есть. Человека целиком в него не сунешь, но накрыть место ранения можно запросто. Так что процесс заживления при такой совместимости займет не больше недели, – уверенно ответил Мишель, подхватывая лежащее тело за плечи.

* * *

Сеанс связи с советом директоров оказался очень кстати. Ситуация на Спокойствии стала взрывоопасной. Проклятый корабль имперцев болтался на орбите неотлучно, а десантный бот кружил над поверхностью океанов каждый божий день, с утра и до позднего вечера. Единственное, чего Старый Лис никак не мог понять, так это способ, которым военные собирались обнаружить автономную лабораторию, расположенную на глубине в полторы сотни метров. Сканеров такой мощности, по его информации, еще не придумали.

Сидя в кабинете куратора, перед древним жидкокристаллическим монитором, Старый Лис мрачно наблюдал, как полтора десятка жирных «гусей», чей совокупный годовой доход был выше общего бюджета содружества британского флага, оживленно обсуждают все им сказанное. Все эти люди сумели сколотить или приумножить свои капиталы только благодаря отменному чутью на жареное. И вот теперь их, похоже, основательно припекло.

Сообщая новости, Старый Лис намеренно подчеркнул, что на орбите висит корабль типа «эсминец», вооружение которого напрочь исключает возможность силового решения вопроса. Особенно, если учесть, чей именно это корабль. Русские всегда были очень неудобным противником, а учитывая, что на борту корабля может расположиться до бригады десантников из элитного подразделения «бешеных медведей», то попытка вооруженного нападения вообще граничит с самоубийством.

Вообще-то, если быть откровенным перед самим собой, Старый Лис и понятия не имел, что за войска находятся на том корабле, но на всякий случай решил исходить из самого плохого развития событий. Лично он подозревал, что на борту корабля дежурят «черные драконы». Подразделение имперской разведки, что ничуть не облегчало ему задачи. Эти психи вообще считались отмороженными на всю голову.

«Черные драконы» были сослуживцами сосланного на Спокойствие парня, а к кому обычно обращаются те, кто по какой-либо вдруг причине оказался не у дел? Правильно, к старым друзьям. Вот приблизительно по такой логике и пояснял Старый Лис совету свои мысли. И теперь внимательно всматривался и вслушивался в то, что говорили между собой эти хозяева жизни. Наконец, очевидно устав от долгих обсуждений, председатель увеличил чувствительность микрофона и, повернувшись к камере коммуникатора, спросил:

– Что вы предлагаете делать, мистер Олири?

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я принимаю политику конфиденциальности