Нулевая планета: Нулевая планета. Пепел на обелиске

Голос Кормана звучал ровно, без эмоций, но давно знавший его шеф понимал, что начальник оперативного отдела находится на грани срыва. Его и самого бесил совершенно бестолковый, а главное, глупый приказ. Но это был приказ, а приказы, как известно, требуется исполнять. Помолчав несколько минут и как следует обдумав услышанное, шеф жестом указал Корману на кресло и, вздохнув, тихо спросил:

– Значит, ты считаешь, что наши парни не справятся с таким заданием?

– Не справятся.

– Даже спецназ?

– Сэр, при всём уважении, но это полицейский спецназ. Они отлично умеют зачищать здания, блокировать подземные ходы и коммуникации, выявлять и блокировать террористов в толпе, но они и понятия не имеют, что делать в глухом лесу на планете с тяжёлыми условиями пребывания. Их этому просто не учили.

– Но ведь они очень эффективно действуют в зелёных зонах разных планет, – возразил шеф.

– Сэр, эти зелёные зоны по сравнению с теми дебрями не более чем ухоженные парки на каком-нибудь курорте. На планете даже дороги понятие условное, не говоря уже о какой-либо другой инфраструктуре. Они воюют почти всё время, пока существуют. От начала создания этой планеты. Поймите, наконец, вы пытаетесь выставить домашнего пуделя против матёрого волка. А поселенцы самые настоящие волки.

– Странная ассоциация. Не пояснишь, почему? – с интересом спросил шеф.

– Они живут на этой планете. Большинство родились на ней и понятия не имеют, как живут люди в других местах. Они являются частью этой планеты, – ответил Корман, выделив голосом ключевое слово. – Это их дом, а значит, и драться за него будут до последнего. Согласитесь, даже наш спецназ не умеет сражаться с целой планетой. Но это умеют наши военные. Именно исходя из этих соображений я и составлял свою докладную.

– Понятно, – помолчав, кивнул шеф. – Пожалуй, в этом есть резон. Попробуем перекинуть эту головную боль нашим заклятым друзьям.

– Но с обязательным указанием на то, что саму акцию должны проводить не регулярные части, а наёмники, – быстро добавил Корман. – Русские ни в коем случае не должны получить против нас такое весомое доказательство агрессии.

– Ты собрался учить меня загребать жар чужими руками? – спросил шеф, иронично выгнув бровь.

– Нет, сэр. Это было просто напоминанием, – моментально выкрутился Майк.

– А теперь просто исчезни отсюда, пока я не рассердился, – рыкнул в ответ шеф, и Корман, недолго думая, выскочил из кабинета.

Ссориться с всесильным шефом он не собирался. Главное, что ему удалось избавить свой отдел от работы, совсем конторе не свойственной. Чувствуя себя чуть ли не героем, Корман прошёл в свой кабинет и, попросив секретаршу сварить кофе, принялся размышлять. Мысленно пройдясь по собственным выкладкам, он убедился, что всё выглядит правильно и логично и, успокоившись, открыл файл с данными о планете Спокойствие.

Будучи начальником отдела оперативной разработки, он давно уже наизусть выучил основные данные по этой планете, но сейчас, вчитываясь в сухие строки отчёта, понял, что знал о ней очень мало. Добравшись до раздела «правила охоты, рыболовства и порядок реализации добытого», Корман обратил внимание на подраздел «оружие», после чего, вскочив на ноги, принялся мерить кабинет шагами из угла в угол.

Перечтя строчки отчёта ещё раз, он удивлённо покачал головой и, подойдя к окну, уставился на улицу бездумным взглядом. Больше сотни лет поселенцы сражались с вооружёнными до зубов наёмниками едва ли не первобытным оружием и при этом нередко побеждали. Хотя, если вспомнить строчки совсем другого отчёта, который одному Всевышнему ведомыми путями сумели добыть его люди, то становилось понятно, почему поселенцы дрались с такой яростью.

Политика, проводимая руководством корпорации, практически ничем не отличалась от феодального рабовладения. Работай за миску баланды и будь счастлив, что ещё жив. Глупо, грубо и непродуктивно. Но это делали. И вот теперь против людей, воевавших за свою свободу всю жизнь, хотят отправить его парней.

«Чёрт, да их же там живьём съедят!» – мысленно воскликнул Корман, продолжая спорить с неизвестным собеседником.

Словно в ответ на его высказывание в кабинет вошёл сам шеф и, небрежно бросив на стол какуюто папку, устало буркнул:

– Дьявол, как же они мне все надоели.

– Кто именно, сэр? – осторожно уточнил Майк.

– Комитет по безопасности, совет начальников штабов и вся остальная шушера, включая кучку ослов, которая по какому-то странному недоразумению называется сенатом, – огрызнулся шеф, усаживаясь в кресло подчинённого. – Но я своего добился. Теперь этим делом будут заниматься мальчики из АНБ. У них есть выходы на независимых исполнителей, не задающих ненужных вопросов. Но от нас требуют пристегнуть к ним координатора.

– Зачем? – удивленно спросил Корман. – И что там координировать? Они что, даже подтереться без присмотра не могут?

– Майк, не задавай дурацких вопросов. Думаешь, мне самому это нравится? Но от нас отстанут только в том случае, если в операции будет наш координатор.

– Это значит, ему придётся лететь на планету? – уточнил Корман, начиная тихо ненавидеть свою работу.

– Да.

– И что этот координатор должен будет координировать? – не унимался Майк.

– Они назвали это координаторством, но на самом деле этот человек лично будет фиксировать все действия наёмников и подтвердит выполнение задания перед советом безопасности, – скривившись, ответил шеф.

– Не самое приятное задание, – мрачно протянул Корман. – Ходить и наблюдать, как озверевшие наёмники расправляются с женщинами и детьми. А потом докладывать обо всём этом совету со всеми подробностями.

– Именно поэтому мне предстоит выбрать человека, способного пережить подобное зрелище, не впав в затяжную депрессию с прогрессирующей шизофренией, переходящей в манию преследования, и при этом умеющего держать язык за зубами, – вздохнул шеф.

– Неужели им видеоотчёта мало? – недоуменно спросил Майк.

– Не будь дураком, – скривился шеф. – Одно дело свидетельские показания, которые всегда можно оспорить, и совсем другое – документ, который всегда есть опасность потерять, скопировать или просто украсть.

– Понятно. Очередная кровавая баня, после которой заказчик останется в белой шляпе, – кивнул Корман, презрительно скривившись. – И кого вы собираетесь отправить?

– Из всех агентов, которых я перебрал, полностью доверять я могу только двоим: себе и тебе.

И запомни, этот разговор не должен выйти за пределы этого кабинета.

– В каком смысле выйти? – не понял Майк.

– В смысле, что об этом никто больше не должен знать. Да что с тобой такое, Майк? – возмутился шеф.

– При всём уважении, сэр, я давно уже не работал в поле, – растерянно проворчал Корман.

– И что?

– Я отвык от стрельбы и крови. Боюсь, такое задание мне уже не по плечу, – решившись, ответил Майк.

Ему совсем не улыбалось переться куда-то к чёрту на рога и любоваться резнёй, которую наёмники устроят на планете. В том, что дело будет кровавым, Корман даже не сомневался. Ещё свежи были в его памяти рейды по наркопритонам и лабораториям, где бойцы полицейского спецназа по негласному уговору уничтожали дилеров и лаборантов без разбора, списывая всё на попытку вооружённого сопротивления.

– Ты хочешь отказаться от задания? – удивился шеф.

– Я давно уже не молод, сэр. Реакция оставляет желать лучшего. Мне трудно переносить долгие перелёты…

– Майк, не дури мне голову, – неожиданно рявкнул шеф. – Я отлично понимаю, что тебе не долго осталось до пенсии, и ты пытаешься прикрыть свою задницу. Понимаю. Мне и самому не хотелось бы перед почётной отставкой пачкаться в подобном дерьме. Но это приказ, Майк. Так что заканчивай своё нытьё и начинай готовиться к долгой командировке.

С этими словами шеф тяжело поднялся из кресла и, зачем-то тронув брошенную на стол папку, вышел из кабинета.

* * *

Очередной чартер с гуманитарной помощью поселенцы разгрузили за полторы недели. Двенадцать дней круглосуточной работы, и пустой грузовик отправился обратно. Убедившись, что работы по распределению груза проходят и без его ведома, Мишель собрался было домой, когда на выходе из терминала его остановил Стас.

– Чего тебе? – скривился врач, едва сдерживая зевоту.

– Там с этим грузовиком пассажира прислали. По линии СБ. Думаю, тебе следует с ней поговорить, – негромко ответил инвалид.

– С ней? – переспросил Мишель, думая, что ослышался. – Это женщина?

– У меня вроде с дикцией всё в порядке, – иронично усмехнулся Стас. – Ну да. Женщина. Точнее молодая девчонка. И кстати, очень даже симпатичная. Только пришибленная какая-то.

– Что значит пришибленная? – снова не понял Мишель.

– А не проще тебе самому на неё посмотреть, вместо того чтобы мне дурацкие вопросы задавать? – возмутился Стас.

– Хочешь сказать, что она у тебя в терминале почти две недели просидела? – вдруг сообразил Мишель.

– А куда её ещё девать-то? – развёл руками инвалид.

– А, ну да, – кивнул Мишель, чувствуя смертельную усталость и огромное желание плюнуть на всё и лечь спать.

Пройдя следом за гравиплатформой Стаса обратно в терминал, Мишель поднялся на второй этаж, где была оборудована пара комнат для ночлега застрявших в космопорту пассажиров, и, постучавшись в указанную дверь, вошёл. Сидевшая перед столом девушка читала какую-то книгу, но, увидев посетителя, быстро отложила её в сторону.

– Мишель Реньи, глава совета планеты, – представился врач. – Мне сказали, что вас прислали к нам по линии имперского СБ. Как это понимать? У вас есть какие-нибудь документы?

– Конечно, – кивнула девушка, подавая ему запечатанный конверт.

– Очень интересно, – буркнул Мишель, быстро вскрывая пакет.

Пробежав глазами несколько документов, отпечатанных на гербовой бумаге, врач озадаченно покачал головой, присел к столу и осторожно спросил:

– Вы знаете, что здесь?

– Наверное, предписание засунуть меня в самую глухую дыру на этой планете и сделать всё, чтобы ваш местный «дракон» никогда не узнал о моём существовании, – ответила она, чуть пожав плечами.

– Почти верно, – растерянно кивнул Мишель. – Не скажете, за что они с вами так?

– Сама виновата, – грустно усмехнулась девушка. – Связалась не с той компанией и делала то, чего делать не должна была.

– А «дракон» здесь при чём? – не отставал Мишель.

– Ваше начальство боится, что узнав о моём присутствии на планете, он озвереет и сделает из меня фарш, – с усмешкой ответила девушка.

– Ну, озвереть он может. Это точно. Только при чём здесь вы? – снова спросил Мишель.

– Знаете, если про это нет ничего в тех бумагах, то сказать больше я не могу, – отрезала она. – Меня зовут Саманта. Мне двадцать семь лет и это не моё лицо. Это всё, что я могу вам рассказать.

– Содержательно, – усмехнулся в ответ Мишель. – А про лицо я сразу понял.

– Так заметно? – насторожилась Саманта.

– Я врач, и знаю, куда смотреть, – отмахнулся Мишель. – Тогда давайте начнём с самого начала. Что вы умеете?

– Стреляю из любого вида оружия, владею рукопашным боем, управляю разными видами техники. Пожалуй, всё.

– Негусто. Хотя и немало, – помолчав, кивнул Мишель. – Делопроизводством владеете?

– Если вы собрались назначить меня чьей-нибудь секретаршей, то забудьте эту идею, – неожиданно ощетинилась Саманта.

– Почему? – растерялся Мишель.

– Я ничьей подстилкой не была и не буду.

– Как любят говорить русские, кто про что, а вшивый про баню, – рассмеялся врач. – Поймите правильно, Саманта. Мне нужна толковая помощница, обладающая хоть каким-то образованием, а не просто человек, обученный грамоте в домашних условиях. Надеюсь, личным коммуникатором и компьютером вы владеете?

– У меня диплом программиста, – надулась девушка.

– Тем более, – воскликнул Мишель, радостно потерев руки.

– А как вы до этого справлялись? – всё так же настороженно поинтересовалась Саманта.

– Откровенно говоря, с трудом, – признался Мишель, скривившись. – Моя племянница девочка исполнительная и внимательная, но уровень её действий сводится к понятиям включить – выключить. Принять какое-то самостоятельное решение в случае возникновения проблем в лаборатории она просто не может по причине полного незнания материала.

– А разве империя не обучает ваших детей? – спросила Саманта, лукаво прищурившись.

– Империя, – грустно улыбнулся Мишель. – Наши отношения с империей длятся чуть больше года, а все предыдущие годы здесь заправляла корпорация. Не думаю, что нужно объяснять вам, что это значит. Рабовладельческий строй во всей своей красе. Всё поставлено на извлечение прибыли. Кошелёк во главе угла. Именно поэтому мы и дрались долгие годы за свою свободу.

– Понятно, – помолчав, кивнула девушка. – Все, как и везде. Но ведь в науке и я немного смыслю. Какой вам толк от такого помощника?

– Вы владеете компьютером и при необходимости сможете быстро составить нужную программу. А в моей работе оперативность подчас важнее многих знаний, – несколько туманно пояснил Мишель. – Кроме того, если вы будете рядом со мной, я найду способ уберечь вас от гнева «дракона». Он кое-чем обязан мне, а самое главное, он мой друг. Во всяком случае, я на это надеюсь. А вообще Влад человек совсем не злой. Просто ему очень не повезло.

– В чём именно? – с интересом спросила девушка.

– Сначала в том, что он оказался в эпицентре террористического нападения, а потом в том, что его семью убили пираты. Откровенно говоря, я теперь совсем не уверен, что он вернётся. А жаль.

– Чего именно вам жаль? – осторожно уточнила Саманта.

– Будет очень жаль, если он не вернётся. Признаюсь честно, мне его не хватает.

– Не поняла? Вы что, любовники? – ехидно поинтересовалась Саманта.

– Дура ты, – презрительно фыркнул Мишель. – Я же сказал, мы друзья. А не хватает мне его шуток, подковырок, а главное – умения быстро принимать сложные решения и анализировать ситуацию.

– Извините, – стушевалась девушка. – Я пошутить пыталась.

– Забудь, – отмахнулся Мишель. – Так что, будешь со мной работать? Или отправишься на соседний континент рыбу солить?

– А другой работы у вас нет?

– Можешь стать промысловиком пушнины, как большая часть наших мужчин. Но для этого нужно знать повадки зверей и уметь правильно ставить ловушки. Можешь стать охотником на крупного зверя. Но тогда тебе потребуется серьёзное оружие крупного калибра и снегоход, чтобы вывозить добычу из леса.

– И где всё это взять? – мрачно поинтересовалась Саманта.

– В аренду у кого-то из семей, где погиб или пропал охотник. А оплачивать аренду можно будет частью добычи. Правила у нас простые и понятные, но нарушать их никому не рекомендуется. Чревато.

– Похоже, спокойной жизни у меня не получилось, – помолчав, вздохнула девушка. – Ладно, я согласна. Что мне нужно будет делать?

– Это я расскажу тебе позже. А сейчас нам нужно отправляться в лабораторный комплекс. Надо устроить тебя на проживание и обеспечить всем необходимым на первое время, – бодро ответил Мишель, разом повеселев.

– Так мне вроде всё, что нужно, выдали, – удивилась Саманта.

– Это они так думают, – презрительно фыркнул Мишель и, поднявшись, направился к выходу.

Девушка подхватила рюкзак с личными вещами и книжку и поспешила следом. Прихватив со склада ещё пару ящиков, которыми снабдили девушку при отправлении в СБ, Мишель загрузил свой снегоход и, усевшись за руль, уверенно повёл машину в посёлок «Предпортовый». На первое время он решил поселить её у Дженни.

Если девчонка что-то и замыслила, женщина выяснит это в течение ближайших двух суток. Как смеялся сам врач, единственный прибор, который не было никакой необходимости везти на планету из обитаемых миров, это детектор лжи. Его сестрица заменяла полиграф с огромным успехом и многократно превышающей эффективностью.

Однако едва он успел сдать новенькую сестре с рук на руки, как его личный коммуникатор залился пронзительной трелью. Мишель уже много раз успел пожалеть, что на планету завезли несколько десятков этих приборов. Ведь раньше для того, чтобы выдернуть его на космодром или просто отвлечь от дела, нужно было проехать без малого сотню километров. А теперь достаточно просто нажать несколько клавиш.

Испустив тяжёлый вздох, Мишель достал прибор из внутреннего кармана парки, ткнул в клавишу ответа и мрачно спросил:

– Чего ещё стряслось?

На экране коммуникатора высветилось лицо Стаса.

– Не ворчи. Новости из империи.

– Хорошие или плохие? – насторожился Мишель.

– Хрен его знает, откровенно говоря, – ответил ветеран, задумчиво почёсывая в затылке.

– Ну, так не тяни. Что там? – поторопил его Мишель, начиная терять терпение.

– Из империи, а если точнее, из службы СБ, приедут специальные люди.

– Зачем? – спросил врач, ещё больше насторожившись.

– Хотят протестировать местных подростков на годность к службе в империи.

– Ничего не понял. Зачем их тестировать и что это за служба такая? – спросил Мишель, заметно волнуясь.

– Толком в сообщении ничего не сказано, но, судя по некоторым косвенным данным, могу предположить… – всё так же задумчиво протянул Стас, словно не решаясь озвучить свои догадки.

– Говори, – потребовал Мишель.

– Скорее всего, это будут парни из команды «нюхачей», – помолчав, выдал ветеран.

– Что ещё за «нюхачи» такие? – возмутился Мишель, судорожно пытаясь вспомнить хоть одну службу с подобным названием.

– Есть несколько команд, расследующих преступления, совершённые в объёме, – тихо пояснил Стас. – Кто они, откуда и где учатся, никто толком не знает. Но точно известно только одно. Все они обладают необычными способностями.

– Погоди, это получается что-то вроде полицейской службы? – осторожно уточнил врач.

– Нет. Это одно из подразделений СБ. Работают они только по особо каверзным делам и со всем, что связано с происшествиями в космосе. Что-то там связанное со считыванием эмоционального фона, чтением мыслей и тому подобной чертовщиной. Толком об этом практически никто ничего не знает.

Даже мы, прослужив всю жизнь империи, с этими ребятами практически не сталкиваемся.

– Не было печали, – выдохнул Мишель, пытаясь решить, что делать.

– Не напрягайся. Их тесты далеко не все проходят. Дай бог, если один из сотни тысяч, – попытался успокоить его Стас.

– Может, где-то в обитаемой галактике так оно и есть. Но не у нас, – мрачно вздохнул врач.

– Ты это о чём? – не понял Стас.

– Вы, мужики, ещё очень многого не знаете о нашей планете, – покачал головой Мишель, одновременно пытаясь решить для себя маленькую проблему.

– Слушай, коновал, ты чего опять темнишь? – вдруг спросил ветеран.

– С чего ты взял?! – попытался возмутиться Мишель.

– Да уж больно морда у тебя стала многозначительная, – фыркнул ветеран.

– Всё дело в том, что подобные способности могут найтись у многих наших подростков, – нехотя признался Мишель. – Для меня самого это было настоящим открытием, но это правда. А считывание эмоционального фона – это никакая не чертовщина, а вполне реальная вещь. Я и сам… – тут Мишель запнулся, увидев, как увеличиваются в окружности глаза ветерана.

– Хочешь сказать, что ты мысли читать умеешь? – разом охрипшим голосом спросил Стас.

– Вот ведь мракобес, – огрызнулся Мишель. – Да не мысли. Эмоции. И то не всегда. Так, раз от раза. Что называется, под настроение. И такие способности у многих наших малышей есть. Просто ими не занимается никто. Не умеем.

– Ну и хорошо, – вдруг ответил Стас.

– Что хорошо? – не понял Мишель.

– Хорошо, что есть. Ради ваших подростков империя вас точно под свой протекторат возьмёт. Их же в обитаемой галактике чуть ли не на вес золота ценят. Эти парни самые безнадёжные дела раскручивают. Так что не переживай.

– Ага, раньше была планета-заповедник ради зверей, а теперь станет заповедником особой породы людей, – грустно усмехнулся Мишель.

– Дурак ты, хоть и профессор, – вяло огрызнулся Стас. – Их ведь не в цирк повезут, а на службу империи. На серьёзную службу.

– Ну, дай-то бог, – вздохнул Мишель, отключая коммуникатор.

* * *

Пробный вылет бота с группой разведки был назначен через три дня после прибытия объединённой эскадры представителей совета лиги. Дипломаты уже начали первый раунд переговоров, но пока всё сводилось к пустопорожней болтовне и игре мускулами. Понаблюдав за этими игрищами пару часов, Влад презрительно скривился и, поднявшись, фыркнул:

– Как подростки в дурном квартале, меряются, у кого пиписька больше.

– Что делать будем? – спросил Руслан, взяв его за рукав.

– Попробуем провести лётные испытания бота. Заодно вспомним порядок десантирования в тяжёлых скафандрах.

– И куда ты собираешься выходить? – с интересом спросил Андрей.

– Начнём с обломков, а там видно будет, – подумав, ответил Влад.

– Хочешь Рашида проверить? – тихо уточнил Руслан.

– Естественно, – пожал плечами Влад. – Слова – это одно, а дело это дело.

– Гладко было на бумаге… – усмехнулся в ответ Андрей.

– И туда пойдёт, – рассмеялся в ответ Влад.

– Когда?

– Завтра, как только эта болтология начнётся, так и стартуем, – криво усмехнулся Влад. – Бормотологи из лиги начнут дурить мозги крокодилам, а те будут старательно огрызаться. Так что всем будет не до нас. Аккуратно выходим из шлюза, включаем камуфляж и начинаем выписывать петли вокруг нашего ордера. Посмотрим, заметят нас крокодилы или продолжат попусту клыками бряцать.

– И если не заметят? – поторопил его Руслан.

– Рус, ну чего ты как маленький? Не заметят – значит, продолжим работу на обломках.

– А если заметят? – продолжал упираться Руслан.

– А если заметят, скажем, что проводим ходовые испытания бота после ремонта, – пожал плечами Влад, отодвигая приятеля плечом. – Посмотрим на нашего «нюхача» в скафандре, заодно проверим, как он себя чувствует в перегрузках.

– А ещё убедимся, что он способен прикрыть нашу группу, – закончил его мысль Андрей.

– Это вы сказали, – ехидно усмехнулся Влад.

Разведчики дружно расхохотались и разошлись по своим делам. Сразу после побудки, едва перекусив витаминными кубиками, вся группа собралась в отсеке подготовки и принялась облачаться в скафандры. Пришедший проводить их Егоров настороженно наблюдал за процессом, стараясь не упустить из виду ни одного ствола. Наконец, не выдержав молчания, нарушаемого только лязгом частей скафандров и шипением сервоприводов, каперанг негромко спросил:

– Ну и на хрена вам столько оружия сейчас?

– Оружия бывает или мало, или очень мало. Очень мало – это когда несёшь, а просто мало – это когда нести надо, а поднять не получается, – усмехнулся в ответ Влад.

– Фетишисты вы оружейные, – не удержавшись, фыркнул Егоров. – Но для простой тренировки-то зачем столько?

– А если крокодилы всё-таки заметят нас и решать атаковать? – ответил Влад вопросом на вопрос. – Знаешь, у нас говорят: лучше умереть, стреляя, чем быть застреленным, потому что самому стрелять не из чего.

– Не думаю, что наши заклятые друзья рискнут атаковать бот на глазах у кучи представителей лиги. Особенно когда с ними говорят о пропавших пассажирах и рабах, – продолжал упираться каперанг.

– Ты можешь думать что угодно, а оружие мы с собой возьмём, – огрызнулся Влад, демонстративно убирая в набедренную кобуру штурмовой пистолет. – Не забывай, что мы для них всего лишь мясо. Добыча. Прекрати относиться к этим тварям так, как относишься к людям. Запомни, это не люди.

– Ты только среди гражданских такого не ляпни. С ходу ксенофобом станешь, – помолчав, посоветовал ему Егоров.

– Ты всерьёз считаешь, что меня интересует чьё-то мнение? – иронично усмехнулся Влад.

– Может, тебя и жизни напарников не интересуют? – неожиданно вызверился каперанг.

В следующую секунду высокого сильного мужчину просто снесло с места. Удар Руслана пришёлся в Егорову грудь, но усилия псевдомускулов скафандра с избытком хватило, чтобы каперанга отбросило через весь отсек и впечатало в переборку.

– Ты совсем охренел, военный?! – зарычал разведчик, нависая над стекшим на палубу Егоровым. – Тебе голова дана, чтобы думать или есть в неё?

– Оставь его, Рус, – остановил напарника Влад. – Вся эта бодяга затеяна для проверки моих реакций на раздражители.

– Как ты понял? – прохрипел Егоров, с трудом приподнимаясь на локте.

– Дурак ты, хоть и полковник, – грустно усмехнулся разведчик. – Я за свою службу всю эту психологическую хрень уже наизусть выучил. Ладно, мужики. Давайте заканчивать со сборами. Работать пора.

Развернувшись, Руслан вернулся к столу, где была разложена их амуниция, и, быстро закончив подготовку, коротко доложился:

– Готов.

– Готов, – тут же послышался доклад Андрея.

– Готов, – кивнул Влад, закончив проверку индивидуальной аптечки.

– Готов, – доложился Рашид с минутной задержкой.

– Давно готов, – усмехнулся рыжий пилот Вася, прислонившийся к переборке.

Ему было проще всего. Лётный комбинезон, кобура на поясе и сумка с нужными в полёте мелочами – вот и все сборы. Всё остальное уже погрузили на борт техники крейсера.

– По местам, – скомандовал Влад, и вся группа, тяжело топая по палубе стальными ботинками скафандров, направилась к боту.

Кое-как утвердившись на странно подгибающихся ногах, Егоров потёр ладонью пострадавшую грудную клетку и, тяжело вздохнув, проворчал:

– Хорошо хоть не убили дурака. Нет уж. В следующий раз пусть эти умники сами «драконов» дразнят. Я ещё жить хочу.

– Господин капитан первого ранга, с мостика сообщают, что флот лиги запрашивает вас на связь, – бодро доложил посыльный, сунувшись в отсек.

– Иду, – кивнул Егоров и, тяжело отдуваясь, побрёл на мостик.

Ему, безусловно, приходилось драться. И в школе, и в училище, и даже уже став молодым офицером, Егоров иногда вынужден был пускать в ход кулаки. Прогулки по злачным местам захолустных планет не всегда проходили мирно. Но ТАК его ещё не били. А самое неприятное, что каперанг вдруг неожиданно понял – его не хотели убивать или даже калечить. Сдержанный удар разведчика просто отшвырнул его в сторону, как пустую картонку.

Этот факт был еще более унизителен тем, что пострадал Егоров даже не за собственную глупость или несдержанность. Нет. Как правильно сказал Влад, он получил очередную команду проверить выходящих разведчиков на раздражители. А в итоге главный фигурант дела оказался спокоен, как его собственный скафандр, а плюха прилетела от того, кто по идее должен был быть самым безопасным.

Резко остановившись посреди коридора, Егоров с размаху хлопнул себя ладонью по лбу и во весь голос выругался:

Рейтинг
( 1 оценка, среднее 5 из 5 )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Комментарии: 4
  1. Саня

    Отличное чтиво, рекомендую!!!

  2. татьяна

    Я в восторге от книги

  3. Елена

    Мне не понравилось ((((

  4. Сергей Владимирович

    Задумка постапокалиптического мира интригует, но сюжет кажется затянутым и перегруженным деталями, которые мало продвигают действие. Герои выписаны блекло, их мотивация порой неубедительна. Несмотря на увлекательную завязку, роман не оправдал моих ожиданий, и финал разочаровал ((((

Добавить комментарий

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я принимаю политику конфиденциальности