Рубеж атаки

Зверев на секунду отвел взгляд, но быстро восстановил внешне спокойное выражение лица.

– Я так действительно считал, – подтвердил министр, – ровно до вчерашнего дня.

– Что же изменилось?

– Я посетил новую верфь, в которую поставлен на ремонт трофейный линкор «Титан».

– И что заставило вас изменить ваше мнение?

– Этот корабль… мы не сможем построить что-то подобное в ближайшие несколько лет. Я даже не уверен, что у нас получится переделать «Титан» для управления человеческим экипажем. Как вы смогли справиться с ним, господин Лавров? И ведь вы проделали это в бою, подавляя сопротивление противника, а потом уничтожили несколько линейных кораблей врага. Как?

– Так же, господин Зверев, как я собираюсь уничтожить строящиеся корабли противника – с помощью новейших разработок Оружейной Компании Лавровых, ныне переименованной в ФКПВ, Федеральную Корпорацию Перспективных Вооружений. Но если тогда я имел возможность сделать все необходимое сам, то теперь нуждаюсь в вашей помощи. У нашей компании нет судостроительных мощностей, а все казенные и частные верфи забиты заказами флота и ни за какие деньги не соглашаются выполнить мой заказ.

– Вы так уверены, что сможете сделать то, о чем говорите? Уничтожить десять доков в тылу врага, в занятых кваргами системах, напичканных их кораблями?

– Но ведь однажды я уже побывал там и смог вернуться…

– Войсковой транспорт – это не средний разведчик, господин Лавров. Его так просто не спрячешь.

– Мы справимся. Поднимите информацию по Лейтену-5 и Барнарду-3, там ситуация тоже казалась безнадежной. А еще постарайтесь представить себе на секунду десять линкоров класса «Титан», выходящих из гипера внутри орбиты Нептуна…

– Примерно об этом я и думал вчера, осматривая ваш трофей. Потому я с вами все еще и разговариваю, господин Лавров, хотя должен был сразу же категорически отказать вам в вашей просьбе и написать докладную вашему непосредственному начальнику. А о ваших боях за Лейтен и Барнард я в курсе, про Каптэйн и Глизе тоже, поинтересовался вашей биографией после совещания в минобороны.

– Вы дадите мне верфи, господин министр? – задал я прямой вопрос, понимая, что все аргументы уже исчерпаны.

– Дам. Но у меня есть условие.

– Какое же?

– Вы лично возглавите атаку на доки противника. В противном случае я не верю в успех.

– Куда мне привести корабли, господин министр?

* * *

В две недели Джефф и Штейн не уложились, но я их за это не винил, хотя внешне недовольство срывом поставленных сроков продемонстрировал. Большую часть времени, которую мне удавалось урвать от академии и своих прямых обязанностей в министерстве, я проводил в бесконечных уточнениях изменений, которые требовалось внести в конструкцию десантных транспортов, чтобы из них получились хотя бы жалкие подобия авианесущих кораблей. Кроме того, требовалось нашпиговать их станциями РЭБ и мощными компьютерами, которые могли бы заставить их работать согласованно. Для этого мне пришлось забрать у Джеффа двух инженеров, что тоже сказалось на сроках. Тем не менее через три недели опытный образец дрон-торпеды стоял передо мной в ангаре авианосца «Веллингтон» рядом с командирским истребителем, предназначенным для управления десятью такими изделиями.

С разрешения командира корабля, капитана первого ранга Кларка, я пригласил представителей Российского Оружейного Концерна и «Глобал Випон Индастриз» прямо сюда, на борт авианосца, для присутствия на внутренних испытаниях новой техники. От РОКа прибыли главный инженер и коммерческий директор, а ГВИ прислала знакомого мне по прошлым переговорам Энрике Круса и кого-то из ведущих специалистов по флотской технике.

– Господин Лавров, – обратился ко мне Крус после взаимных приветствий, – руководство нашей компании высоко ценит ваше приглашение и надеется на взаимопонимание в дальнейшем. От себя добавлю, что очень сожалею о нашем конфликте и надеюсь, что теперь он уже в прошлом.

– Не знаю, как вам, господин Крус, а мне сейчас не до внутренних конфликтов. Я знаю вашу компанию как мощное предприятие военно-промышленного комплекса, имеющее опыт в крупносерийном выпуске многих видов оружия. Именно в этом качестве вы мне и нужны. Если вы меня не подведете, я готов забыть обо всех прошлых разногласиях.

– ГВИ приложит для этого все усилия, можете не сомневаться, господин председатель комиссии министерства обороны, – торжественно-официальным голосом заверил меня Крус.

– Вот и отлично. Итак, господа, – обратился я к приглашенным, – сейчас вы увидите демонстрацию нашего нового торпедного оружия, способ применения которого принципиально отличается от существующей в нашем флоте практики. Пока у нас имеется в наличии только одна торпеда, но вы, я уверен, обладаете достаточным воображением, чтобы представить, что их могут быть многие десятки, ну а для того, чтобы это стало реальностью, я и собрал вас здесь. Пройдемте в командный пост корабля, господа, командир Кларк любезно разрешил нам наблюдать за испытаниями оттуда.

В качестве цели мы выбрали верфь, в которой стоял на ремонте тяжело поврежденный линкор «Нью-Йорк». Администрацию дока и патрульные силы флота метрополии мы, естественно, заранее поставили в известность о том, что на вверенный им объект планируется учебная атака, и сейчас засидевшиеся без настоящего дела командиры корветов и операторы зенитных систем верфи с энтузиазмом прощупывали космос сканерами, ожидая появления условного противника.

Носителя для командирской машины и торпеды у нас пока в наличии не имелось, поэтому мы попросили каперанга Кларка разогнать авианосец в направлении верфи, выпустить наши экспериментальные изделия и сменить курс, постепенно снижая скорость.

Маневр авианосца условный противник, само собой, отследил. Еще бы они не заметили такую тушу, как «Веллингтон», – но, как я надеялся, старт наших машин остался незамеченным. На авианосец по условиям испытаний защитники верфи не должны были обращать внимания, поскольку он играл сугубо вспомогательную роль. Они и не обратили.

А вот дальше началось самое интересное. Командирский истребитель, управляемый одним из пилотов, уже имевших опыт полетов на такой технике, аккуратно изменил курс, чтобы зайти на цель по неожиданному для противника вектору атаки. Контролируемая им торпеда держалась чуть позади машины ведущего как собачка на привязи, аккуратно повторяя его эволюции. Расстояние до пустотного дока оставалось еще весьма приличным, и наши машины начали осторожный разгон, чтобы выйти к цели на максимальной скорости. Сканеры верфи и патрульных кораблей все еще не замечали опасности, а пилот командирской машины видел их более крупные и менее защищенные от обнаружения корабли вполне отчетливо и совершал маневры, стараясь провести свои машины к цели на максимальном от них расстоянии.

В десяти тысячах километров от дока истребитель совершил осторожный маневр, ложась на курс, расходящийся с целью, а торпеда выключила двигатель и отправилась к цели по инерции, прикрываясь системами РЭБ и стараясь ничем себя не обнаруживать.

Теперь перед пилотом истребителя не стояла задача оставаться незамеченным. Торпеду на цель он вывел, а дальше она должна была действовать уже в автоматическом режиме. Поэтому пилот командирской машины решил помочь своей подопечной, отвлекая на себя внимание сил обороны. Включив двигатели в режим форсажа, он резко изменил курс и атаковал один из патрульных кораблей.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я принимаю политику конфиденциальности