Фиктивный развод

– Мне ничего не надо.

Парень зависает на пару мгновений.

– Но у меня приказ. Я должен вручить ключи вам в руки.

Прекрасно.

Я злым шагом отхожу от двери. Хоть кто-нибудь из окружения Арбатова, включая его самого, понимает русский язык? Знает слово “нет”?!

Я кружу по квартире, чувствуя, что даже дома мне не дают покоя. Я выглядываю то в окно, где по-прежнему стоит эвакуатор, то в глазок. Парень тоже терпеливо ждет. Конечно! У него же приказ.

Интересно, он здесь и заночует?

Удивительное послушание. Или обычный страх? Маринка сказала, что наше начальство боится Арбатова как огня. Я и сама испытала несколько неприятных минут с ним наедине. Он умеет давить. Без повышения голоса, оскорблений или прямых угроз. Ему этого не нужно, Арбатов умеет смотреть так, что на тебя падает гранитная плита.

Я и сейчас ощущаю давление.

– Давайте ключи, – говорю хмуро, приоткрывая дверь.

Мне становится жалко паренька. Он не виноват, что мой бывший муж стал тираном.

– Бак заправлен, – сообщает он с улыбкой облегчения. – Мы поставили так, чтобы было удобно выезжать. Все документы в бардачке.

– Да-да. – Я рассеянно киваю. – А где мой седан?

– Седан? – Парень явно не в курсе.

– Ясно. Спасибо.

Я забираю ключи и закрываю дверь. Ключи тут же летят на комод в прихожей. Им достается доза злости, которую я не знаю, куда деть. Мне не нужны подарки от Вадима. Наоборот, я хочу свою машину. И свою работу вместе с начальством, которое еще вчера недолюбливала. Теперь они мне кажутся милыми родными людьми.

Я больше не трогаю ключи, отмечаю лишь, что угадала марку авто. Как странно смотрится дорогущая иномарка с подарочным бантом в обычном квартале – тоже отмечаю. И пусть пылится, если Арбатову некуда девать деньги. Он точно как-то случайно и молниеносно разбогател, если разбрасывается суммами направо и налево.

На экране ноутбука по-прежнему горит его фотография. Я не свернула окно и теперь “любуюсь” его загорелым нахальным лицом.

– Мне казалось, ты изменился, когда вдруг заговорил о разводе, – говорю, словно он может слышать меня. – Ты тогда стал холодным и грубым, как подменили… Я без слез не могла разговаривать с тобой, а ты ничего не слышал. Но сейчас еще хуже. Я вообще не узнаю тебя. Ни одной черты.

И с этим нужно что-то делать.

Мне нужно придумать, как выбираться.

Как вести себя с новым Арбатовым.

Глава 3

На следующий день я являюсь на рабочее место без опозданий. Марина подвозит меня, за что я ей очень благодарна. Мой жилой комплекс располагается в хорошем тихом месте, будь у него классный маркетолог, квартиры бы тут продавались под слоганом “эко”. Но есть один существенный минус – отдаленность остановок. Без своей машины трудно.

Я отмечаю, что моей машины нет на рабочей парковке. На что лишь фыркаю. Я успокоилась за прошедшую ночь. Правильно говорят, что утро вечера мудренее. Эмоции больше не затапливают меня до предела, наоборот, включилось логическое мышление. Да и шок от появления бывшего мужа прошел, я свыклась и с его “вторым пришествием” и с вызывающим поведением.

Ничего.

Выплывем.

– У твоего бывшего точно зуб на тебя, – произносит Марина после того, как я рассказываю ей, что случилось с моей машиной.

– Зуб мудрости, судя по всему. Спал два года, да вот проснулся и заныл.

Надо приложить лед.

Другими словами, надо как-то остудить пыл Арбатова.

Мы с Мариной поднимаемся на наш этаж. Там уже вовсю кипит работа, причем с лихорадочным подтекстом. Две уборщицы намывают стеклянные перегородки, команда рабочих крепит новые стальные таблички на кабинетах, а менеджеры носятся от стола к столу, раздавая поручения.

– Арбатова! – раздается голос главы отдела. – Ты сегодня не в линии, возьми желтые папки со стола и отнеси в пятый кабинет.

Пятый – это главный кабинет.

Я готова спорить, что новый босс тоже уже там.

– Если что, жми кнопку пожарной тревоги, – советует Марина.

Я провожу ладонью по ее локтю, а потом разворачиваюсь и иду за папками. Чего мне бояться? Может, сегодня выйдет поговорить по-человечески?

Я делаю глубокий вдох прежде, чем открыть проклятую дверь. Вхожу без стука, потому что не помню, чтобы Вадим вспоминал о воспитанности вчера.

Он стоит у панорамного окна, идеально вписываясь в вид на миллион долларов. Сегодня Арбатов надел рубашку, но не офисную, а сутенерскую. Не знаю, почему так называю шелковые рубашки. Может, потому, что выросла на фильмах об итальянских мафиози? Они как раз любители такого стиля. Но спорить глупо, Арбатову она идет. Темно-синий глубокий цвет оттеняет загорелую кожу и черные волосы.

– Папки, – сообщаю и кладу их на стол.

– Доброе утро.

Он плавно разворачивается, словно не хочет пугать меня резкими движениями. А потом рассматривает меня, как статуэтку.

– Понравилась машина? – он опережает меня и задает вопрос первым. – Удобная в управлении?

– Это надо спрашивать у парней, которые сгоняли ее с эвакуатора. Я не в курсе. – Я прохожу к высокому креслу и становлюсь за ним. – Где моя машина, Арбатов?

– Зачем она тебе?

– Чтобы ездить! – Под моими ладонями скрипит кожаная спинка. – Я не буду танцевать под твою дудку. Хочешь – увольняй, только верни мою машину.

– Думаешь, сейчас легко найти работу?

– Я бы с радостью осталась здесь, но я вижу, что жизни мне не будет. Я только приехала в офис, а меня сразу вызывают к тебе.

Он подходит ближе. Замечает, что я безотчетно прячусь от него за креслом, и качает головой. А чего он хотел? Вчера сам тянул руки и не слышал мое “нет”.

– Я не понимаю, зачем я тебе, – я говорю мягче, пытаясь все-таки достучаться до него. – Тем более в качестве жены.

– Относись к этому как к сделке.

– Тогда зачем тебе сделка с предательницей? Ты помнишь, что говорил мне перед разводом? Помнишь, как называл? Я же изменила тебе.

Я не делала этого.

Но не смогла доказать свою невиновность.

Вадим всё решил за нас двоих, он поверил, что я спала с его партнером, и вычеркнул меня из своей жизни. Я вообще сперва увидела документы о разводе, а лишь после узнала причину. Он даже не подходил ко мне. Боялся, что ударит в ярости. Она клокотала в нем, я и сама видела и не понимала, что делать. Он почему-то был стопроцентно уверен в моей неверности. Будто увидел измену своими глазами.

Потом по ночам приходили его пьяные голосовые, в которых уже было больше боли, чем гнева. Еще через неделю случилась встреча при юристах. Я пыталась заглянуть ему в глаза и найти в них человека, за которого вышла замуж. Которого любила всем сердцем и который делал меня самой счастливой. Но ничего не осталось. Арбатов закрылся маской презрения.

Как сейчас.

Он щурится. Воздух в комнате электризуется, и я кончиками пальцев чувствую напряжение. Покалывает. До болезненных вспышек.

– Я всё помню, – отрезает Арбатов.

Он проходит к овальному столу. Пролистывает папки, которые я принесла, но не вчитывается в строки.

– Твою машину сдали на металлолом, – бросает Вадим, неожиданно отвечая хоть на один мой вопрос. – Можешь с чистой совестью пользоваться новой. Это не подарок, а компенсация.

– Отлично, – цежу.

– Хватит, Лер, – он заговаривает другим тоном, в котором сквозит мужское превосходство. – Я сказал, что у тебя есть один день, чтобы согласиться по-хорошему.

– Иначе?

– Иначе я сломаю всё. Ты останешься без квартиры, без возможности найти работу, без копейки. У меня хватит связей.

– И безумия, – произношу на выдохе, а сама до сих пор не верю, что он скатился до банальных угроз. – Вадим, ты совсем выжил из ума.

– Называй как хочешь. Но спустись вниз, там тебя ждет водитель. Он покажет дом, в котором ты теперь будешь жить. Вещи можешь не собирать, там все есть.

– Жить с тобой?

– И прислугой, – он усмехается.

Черт, он не шутит!

Глаза ясные и спокойные. Он не похож на безумца, хотя и говорит дикие вещи. Скорее он выглядит как человек, у которого есть четкий рациональный план, по которому он движется шаг за шагом. И у него есть решимость, она тоже читается в темном взгляде. Мне больно, но я верю в это мгновение, что он исполнит свои угрозы.

– А давай! – я завожусь вспышкой. – Кого я обманываю, я же мечтала об особняке в элитном районе! Да, Вадик? Я так польщена, что именно мне выпала честь! И крутая тачка! Боже, я до сих пор не могу поверить! Ты подарил мне целую машину! Извини, я поломалась немного для формы, но я счастлива до небес!

– Ты переигрываешь.

– Я вообще плохая актриса. Если ты хочешь наш брак назад, то он будет выглядеть именно так.

Ноль реакции.

Ему плевать.

Он живет в параллельной выдуманной реальности, где у других людей нет воли. Я слышала, что большие деньги портят, но неужели они стирают остатки адекватности? Как он вообще это себе представляет? Стоит завалить меня подарками, попутно пообещав испортить мне жизнь в случае отказа, и я радостно брошусь ему в объятия. Да? А искренне или нет, не имеет значения. Он, видно, считает, что со временем я приноровлюсь и перестану фальшивить.

Таков каприз богача? Его накрыла ностальгия по нашим старым временам и он готов заплатить за спектакль с моим участием?

Или что?

Что происходит?

– Тут есть лифт для начальства. – Я указываю на вторую дверь. – Дай мне ключ, я спущусь на нем.

Не хочу сталкиваться с Мариной. Она не поймет моего поведения, а еще хуже – кинется меня спасать, рискуя собственной работой.

Арбатов протягивает мне электронный ключ. Он вжимает его в мои пальцы, обжигая жестким прикосновением. Но не отдает, заставляя оставаться на месте.

– Я буду после восьми, – произносит он, смотря на меня сверху вниз. – Попроси Рину достать бутылку моего любимого.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я принимаю политику конфиденциальности