С неба женщина упала

Вадим пожал плечами и кивнул:

– Хозяин – барин. Пойдем чай пить.

Через полчаса я снова набрала номер и услышала милые сердцу частые гудки.

«Убью и похороню с телефоном!»

Наконец линия освободилась, и я услышала протяжное Юлькино:

– Алле?!

Сдерживая себя, я бархатным голосом спросила:

– Антон, это ты?

– Конечно, я, – ответила эта мерзкая девица. – А у тебя, Кадасова, крыша совсем съехала или это временное явление?

– Как дела дома? – продолжила я, не обращая внимания на ее кваканье. – Света уехала?

– Что, опять с золовкой поцапалась? – обрадовалась Юлька. – До поножовщины дело не дошло?

Любопытна она не в меру, эта проблема у нее с раннего детства.

– Скоро приеду, да. Минут через сорок, машину еще не отремонтировали, я поймаю такси. Пока.

– Поторопись, я буду волноваться, не случилось ли чего с таксистом, – сладким голосом проворковала Юлька.

Я бросила трубку на рычаг.

– Ты номер телефона сменила, что ли? – Вадик смотрел на меня насмешливо и качал головой. – Ты попку побольше отрасти, а то такой со всех сторон телефон не закроешь. А Юлии Геннадьевне поклон.

Вот чекист, просто беда. Я вздохнула и ответила:

– Ну, я пошла, звони.

– Провожу-ка я тебя, – вдруг заявил Вадим, потянувшись к вешалке.

– Нет, нет! – Я даже отчего-то испугалась. – Не надо! Я машину мигом поймаю, не волнуйся. Да что ты, я уже большая девочка!

– Да ну? – удивился Вадим. – Давно?

Когда я шагнула за порог, он поймал меня за руку, развернул к себе и сказал:

– Обещай, что, когда ты сама не будешь справляться со своими проблемами, позвонишь мне.

– Обещаю, – серьезно сказала я и пошла вниз по лестнице.

– И что будем делать? – лежа на софе и дрыгая босыми ногами, спросила Юлька.

– Не знаю, – честно призналась я. – Во-первых, так не бывает, во-вторых, такое всё же случилось. Так что здесь есть о чём подумать.

– Ты прям-таки читаешь мои мысли. – Подруга всегда любила примазаться к чужой славе. – Подумать есть над чем.

Пока она задумчиво почесывала то свой курносый нос, то затылок, я пыталась честно ответить себе самой на вопрос: почему я ничего не сказала Вадиму? Ведь наверняка это был выход из ситуации, причем самый для меня удобный. Почему? Пришлось вывести саму себя на чистую воду.

– Ты авантюристка, – сказала я вслух и вздохнула.

– Ты тоже интриганка, – эхом отозвалась Юлька, приняв комплимент на свой счёт.

Она села, посмотрела на свои пятки и изрекла:

– А может, всё-таки подделка?

Подружка, наверное, в сотый раз высыпала камушки на покрывало и уставилась на них, словно ища там ответ.

– Красотища! Смотри, это «маркиза»… Да… А такая огранка называется «капля»… Аль?

– Угу! – сказала я, глядя в потолок.

– А все же это-то здесь зачем? – Она вертела в пальцах большую темно-красную фасоль, неизвестно каким боком затесавшуюся среди камешков. – Странно, ты не находишь? Не иначе как злодеи расфасовывали кульки на кухне… Среди макарон и помидоров! – Когда Юлька разойдется, ее не заткнуть. – Рассыпав на кухонном столе драгоценные камни, преступники раздумывали, где же им найти надёжного человека для сохранения сокровищ… И решили пообедать. Фасолевым супом. Внезапно раздался оглушительный стук в дверь: «Откройте, милиция! Руки вверх!» В панике бандиты пытаются скрыть следы преступления… Одно неосторожное движение, и огромная фасоль… – вещала подруга зловещим шепотом.

У радио есть кнопка и его можно выключить. У Юльки такой кнопки нет. И это очень и очень жаль…

– Алевтина, как ты считаешь, я права?

Я рассеянно покивала головой. Меня сейчас занимало другое.

– Ты знаешь, мне кажется, Рыжий сам не вышел из метро. Я думаю, его вынесли. Обычный человек так не бьет, поверь мне. Это был профи. Такие люди не носятся по пустякам по Московскому метро. Никакие стекляшки этого не стоят.

Она кивнула, поджала губы и задумчиво прошептала:

– Боюсь, ты права.

Мы склонились над камнями. Редко какая женщина остается равнодушной к такому зрелищу. Мы не были исключением. Но когда я увидела, что Юлька начинает примерять камушки то к пальцу, то к уху, всполошилась. Если немедленно не отвлечь Юльку от опасных мыслей, это может завести нас очень далеко.

– У тебя молоко убежало! – вскрикнула я, ясно представляя на месте Юльки фрекен Бок.

И что вы думаете? Юлька с визгом подскочила и, разметав камни по покрывалу, ринулась на кухню. Я поняла, что русской женщине родная плита дороже чужих бриллиантов. Торопливо собрав камешки обратно в мешочек, я сунула его в карман большой игрушечной кенгуру, сидевшей на софе. Как и все, не расставшиеся окончательно с детством люди, Юлька обожала мягкие игрушки.

На пороге комнаты возникла хозяйка:

– Я сошла с ума, какая досада! – и, театрально изогнув брови, добавила: – А ты – очень вредная женщина.

– Юля, – я была сама серьезность, – оставь глупые мысли. Может случиться, что даже таким глупым мыслям негде будет располагаться. Эти чертовы цацки надо как-то вернуть.

Юлька сделала протестующий жест, но я продолжила:

– С этим не шутят.

– Даже мы? – На меня смотрели наивные глазки новорождённого теленка.

И в этом вопросе был свой резон.

– Юля, по-хорошему тебя прошу, угомонись… Ясно?

– Конечно, ясно, что ничего не понятно, – не язвить это создание просто не умело. – У меня создалось впечатление, что одним нам не справиться.

Переглянувшись, мы в один голос произнесли:

– Танк!

Почему мы раньше не вспомнили о нашей Ленке, крупной и шумной девице по прозвищу Танк, понять невозможно. Скорее всего, сказалась некоторая необычность ситуации. Потому что при любых наших проблемах мы сначала собирались все вместе, а уж потом начинали разбор костей.

Я потянулась было к телефону, но обнаружила, что Юлька уже набрала номер и ждет ответа.

«Старею, – подумала я. – Совсем реакции никакой. Этак еще раз предложат в метро банку с царскими червонцами или колье из сапфиров, так совсем лечиться придется».

– Занято, – объявила Юлька. – Через пару минут снова наберу…

Ее прервал телефонный звонок. Она подняла трубку и пропела:

– Алле?!

В трубке что-то заворчало, и Юлька, сразу оживившись, затарахтела:

– Ленка! А я как раз тебе набираю! Вот, а говорят телепатии нет! Ты нам срочно нужна. Да, Алька у меня. Может, подскочишь на полчасика? Кто? Витька? Вот сволочь какая… – Юлька нахмурила брови и слушала. – Ну, давай сюда, все и обсудим. Ждем!

Она бросила трубку на рычаг и пояснила:

– Она нас сама разыскивает, тебе звонила. Ее мерзавец вроде от нее уходит.

– Витька? Ну и дела. Прямо эпидемия какая-то!

– Да ни хрена он не уйдет, – уверенно заявила подруга. – А уйдет – через день обратно прибежит.

Скорее всего, она была права. Ленка с Витькой жили на манер Земли и Луны, как ни вертелись, а всё оказывались рядом. Было в Ленке что-то такое, что притягивало к ней людей. А Танком её прозвали ещё в детстве, и не за огромные габариты, а за пробивной характер и напор. Фигура у Ленки была очень даже ничего, худышкой её назвать было, безусловно, нельзя, но посмотреть на что было. Она трудилась сначала менеджером, а теперь начальником отдела во французской коммерческой фирме, название которой в переводе означало «Сражающийся лев». Фирма с таким названием как нельзя лучше подходила нашей подружке, вероятно, поэтому карьера её продвигалась более чем успешно. Французы Ленкой очень дорожили и охотно шли навстречу её проблемам. Но, видно, Витька оказался французам не по зубам, так что с этим разбираться придется нам.

В ожидании Елены Борисовны мы включили телевизор. Переключая программы телевизора, я увидела сводку криминальных новостей, и вдруг мое внимание было привлечено словами диктора:

– Сегодня в девятнадцать тридцать в районе проспекта Андропова, около парка имени шестидесятилетия Октября, был обнаружен труп молодого мужчины. По свидетельствам очевидцев, труп был выброшен из проезжавшей машины марки «Жигули» тёмно-красного цвета, после чего машина на высокой скорости проследовала в сторону области… Объявленный план «Перехват» результатов не дал…

Камера медленно наехала на лежавшего на земле мужчину. Руки его были неестественно вывернуты, широко открытые голубые глаза смотрели в небо, огненно-рыжие волосы слиплись от запекшейся крови. С ужасом глядя на то, что осталось от человека, с которым я разговаривала несколько часов назад, я завыла. Юлька испуганно вздрогнула.

– Ты что? – Голос её задрожал. – Что с тобой, Алечка?

Я, не переставая выть, ткнула пальцем в телевизор. Там уже показывали что-то другое, какую-то автомобильную аварию.

– Что там было, что? – Юлька трясла меня за плечи и пыталась заглянуть в глаза.

Подозреваю, что в этот момент я выглядела очень забавно.

– Там Рыжий… – выдавила я. – Мёртвый.

Подружка удивленно уставилась на меня, будто я сказала какую-то несусветную чушь.

– В телевизоре, что ли? Или где? – По части задавания глупых вопросов Юлька вполне могла бы быть чемпионом, если бы ей было с кем соревноваться.

Я закивала головой, словно китайский болванчик.

– Ты ничего не перепутала?

– Нет, – я мотнула головой, – я ничего не перепутала. Это он. Его просто нельзя ни с кем спутать.

Юлька сморщила лоб и сказала:

– Не ожидала, что ты можешь такие звуки издавать. Прямо напугала меня, дорогая. Ты в следующий раз предупреждай, что ли.

– Я другого раза больше не хочу. И вообще никакого не хочу. Ты хоть понимаешь, что всё это значит? – каюсь, но я перешла на визг.

– Это значит, что камешки у тебя, а твой паспорт у них. И свидетелей, что ты их в первый раз видишь, тоже нет, – абсолютно спокойно сказала Юлька.

Несмотря на всё её легкомыслие, точнее сказать было трудно.

Вдруг раздался звонок в дверь. Мы с Юлькой испуганно дернулись, но, услышав три дополнительных условных звонка, перевели дух. Это могла быть только Ленка.

Юлька открыла дверь, и квартира сразу наполнилась посторонними шумами, производимыми бесчисленными Ленкиными бирюльками, цепочками и высокими каблуками. При малейшем движении на Танке шуршала и скрипела новенькая кожаная юбка невероятного фасона.

– Привет, девули! – громко гаркнула вновь прибывшая. – Чего это вы? Ужастик, что ли, смотрели? Чего вы с какой-то зеленью в лице? На воздухе надо больше бывать, а не на машинах раскатывать. А то растолстеете скоро. Как я, – добавила она, с гордостью поглаживая свои крутые бедра.

– Не успеем мы растолстеть, – буркнула я и спросила: – Как твой мерзавец?

– Это Витька, что ли? – уточнила она. – Куда ж ему деваться! Прибежал! Только к вам стала собираться, вот он – тут как тут! Извини, говорит, люблю тебя! Ну, не зараза? Убила бы. Ушла, велела ему ужин готовить.

– Готовит? – вздохнула Юлька.

– Готовит! – обрадовалась чему-то Ленка. – Куда ему с подводной лодки?

– Ну и, слава богу! – вяло умилилась я.

– Чего это вы такие замученные, не пойму? По мужикам, что ли, бегали?

– Мужики по нам бегали, – сострила Юлька, – один добегался, в морге лежит.

– Хи-хи, – неуверенно хихикнула Ленка, не понимая, шутка это или нет. – Да скажете вы, в конце концов, в чём дело?

Пришлось объяснять. Некоторое время Ленка молчала, затем изрекла гениальное:

– Этого не может быть!

Пришлось достать из кенгуру мешочек и показать ей. Она опять замолчала, на этот раз надолго.

– Вникает, – со значением прошептала Юлька. – Может, ей кофе налить, чтобы быстрее очухалась?

Я не выдержала:

– Ну, чего молчишь? Ты ведь всё знаешь, так выдай мысль поумней.

Елена Борисовна молча жевала губами, глядя в одну точку. Я вымоталась за этот день жутко, больше всего мне хотелось лечь и уснуть, но, похоже, что выполнить такое простое желание было почти невозможно. Непробиваемая Ленка выглядела испуганной, и хорошего настроения это не прибавляло.

– Ленуль, ну, как быть? Как бы это отдать поскорее и забыть, а?

– Никак.

– Как – никак? О чём это ты говоришь? Ты со мной разговариваешь-то? Ленка, хватит скульптуру изображать, почему никак?

Не знаю, с чего на меня вдруг такая разговорчивость напала, но я не могла остановиться. Мне было необходимо, чтобы кто-нибудь доказал, что волноваться не стоит, надо сделать так-то и так-то, и всё будет лучше, чем было. Но в глубине души я понимала, что Ленка права. Она подняла на меня совершенно серьёзные глаза и пояснила:

– Неужели до самой не доходит? Это всё у тебя в руках. Никто и не будет выяснять, что и когда к тебе попало. Хочешь это отдать – отдай, но ты получишь большие проблемы. Возможно, слишком большие. Не хочешь отдавать – тебя найдут всё равно… Ты где живёшь?

Что ни говори, а успокаивать Ленка умела замечательно.

– Благодарю за благоприятный прогноз, – разозлилась я. – Может, тогда обсудим количество и качество венков, подберем посуше местечко на кладбище, обсудим, кого пригласить на мероприятие?

– Подожди, Алька, не психуй. Надо подумать, чего это ты сразу помирать собралась? – подала голос Юлька. – Давайте, девчонки, кофейку выпьем по чашечке? Я пойду, сварганю.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я принимаю политику конфиденциальности