Ревизор: возвращение в СССР 17

Автор: Серж Винтеркей, Артем Шумилин

Ревизор: возвращение в СССР 17 скачать и читать онлайн

Аннотация к книге Ревизор: возвращение в СССР 17

«Ревизор: возвращение в СССР 17», написанная Сержем Винтеркейом и Артемом Шумилиным, представляет собой уникальное литературное произведение, которое в рамках альтернативной истории осмысливает современные идеи и вопросы в контексте прошлого СССР. Эта книга относится к жанру фантастики, в котором авторы исследуют тему утопического общества и его падения. При первом взгляде на книгу возникает впечатление о загадочности и мистике, что манит читателя глубже погрузиться в изучение исторического и культурного контекста времен Советского Союза.

Краткое содержание

Сюжет книги разворачивается вокруг главного персонажа, Ивана Алексеева, который неожиданно для себя оказывается перенесенным в альтернативную версию СССР 1980-х годов. Оттуда начинается его путь по раскрытию заговора, что стремится изменить историю мира. По ходу повествования Иван встречает различных персонажей, от ученых до правительственных агентов, каждый из которых играет роль в развитии сюжета и помогает или препятствует его миссии.

Анализ и интерпретация

Структура книги «Ревизор: возвращение в СССР 17» строится на чередовании прошлого и настоящего, что позволяет читателю более полно ощутить контраст между временами и моральными дилеммами персонажей. Язык и стиль авторов отличаются глубоким разнообразием и насыщенностью, создавая яркие и запоминающиеся образы. Особое внимание в книге уделяется описанию сложных технологий и политических интриг, что добавляет произведению особый колорит.

Ключевые сцены, такие как возвращение Ивана в реальный СССР и его встреча с ключевым антагонистом, полны напряжения и эмоциональной насыщенности, которые заставляют читателя задуматься о моральных аспектах власти и ответственности. Персонажи проработаны до мельчайших деталей, что делает их живыми и убедительными, а использование авторами литературных приемов, таких как символизм и ирония, усиливает глубину текста.

Личное впечатление

Книга оставила впечатляющее воздействие благодаря своей способности затрагивать сложные вопросы идентичности, времени и этики. Читая «Ревизор: возвращение в СССР 17», я не раз задумывался над тем, как исторические условия влияют на личностное развитие и выборы людей. Произведение вызвало смешанные чувства – от восхищения до беспокойства, подчеркивая его многогранность и глубину.

В целом, «Ревизор: возвращение в СССР 17» – это книга, которую оценят как любители фантастики, так и те, кто интересуется историческими и социальными вопросами. Произведение не только заставляет задуматься над возможными сценариями развития истории, но и открывает двери к обсуждению актуальных проблем современности. Она занимает особое место в жанре альтернативной истории и является важным вкладом в литературное наследие.

Читать онлайн Ревизор: возвращение в СССР 17

Глава 1

Москва.

Добрались до Москвы без приключений. Только приехали, Родька сразу домой побежал и вскоре они вышли к нам вместе с Гришей, помогли разгрузиться.

Галия их не отпустила, усадила с нами за стол, чему Родька был несказанно рад. Присутствие отца где-то рядом, само по себе, уже делало пацана счастливым. Он в машине насиделся и усидеть с нами ещё и за столом было выше его сил. Они с Аришкой отправились с кухни обследовать соседние комнаты, играя в приключения. А мы получили небольшую передышку, пока Аришку чем-то заняли.

– Родион, ты только не разрешай ей ничего трогать там, ладно? – попросил я, переживая за телевизор.

Малой через несколько дней два года, это такая непоседа! Всё-то ей надо, открыла дверь в машине прямо на ходу! Хорошо бабушка быстро захлопнула, обошлось без последствий. Если не считать за последствия вопли на всю машину обиженного ребёнка, получившего по рукам.

Москва. Квартира генерала КГБ в отставке Гуськова.

Максим Валерьянович, хоть и был уже в отставке, но, понятное дело, об интересах государства пекся по-прежнему. Он охотно пригласил к себе старого знакомого из ЦК КПСС, понимая, что такой человек просто так о срочной встрече просить не будет. Тем более, что, как и любой нормальный пенсионер, Максим Валерьянович располагал и свободным временем, и большим желанием побыть ещё полезным Родине. Как же скучно после полной напряжения работы в Комитете… Поэтому он пригласил Владимира Лазоревича к себе домой в тот же день.

Супруге не надо было ничего объяснять, достаточно было сказать, что вечером будет человек из ЦК. И весь дом старого генерала как будто ожил, наполнился движением и суетой с важным и глубоким смыслом. В уютном кабинете освободили от книг второе кресло, работница выбила лишний раз половики и везде пропылесосила, а пожилая генеральша собственноручно напекла творожного печенья.

Генерал достал из своих закромов бутылочку французского коньяка. Ясное дело, не последнюю…

Когда появился Межуев, всё было давно готово и генерал, представив супругу, пригласил гостя пройти в свой кабинет.Друзьями они не были, скорее шапочными знакомыми, встречающимися раз в несколько лет, иногда и вовсе случайно, поэтому общались на «вы».

– Максим Валерьянович, боюсь показаться параноиком, – начал Владимир Лазоревич, берясь за предложенный генералом бокал коньяка, – но ещё вы сами мне когда-то говорили, что своим чувствам надо доверять.

– Рассказывайте, – кивнул генерал, изобразив заинтересованное внимание на лице.

Межуев достал доклад Ивлева и протянул его генералу. Пока тот просматривал его, рассказал о своём личном впечатлении и о мнении академика, с которым вчера встречался. Генерал добавил коньяка им в рюмки и подвинул ближе к гостю бутерброды с балыком и импортным сервелатом. Тот, голодный после службы, с благодарностью принялся за угощение.

– Понимаете, Максим Валерьяныч, уж больно всё красиво и грамотно. Мне этот доклад на следующей неделе в Политбюро отправлять, для принятия решений на высшем уровне. Есть и другие доклады на эту же тему, но там все совсем не так красиво и грамотно, их стыдно туда предъявлять. Но после того, что мне целый академик сказал, заметьте, при этом, один из самых лучших отечественных специалистов в экономике, сижу и второй день голову ломаю, что мне делать? Не привёл ли я собственноручно засланного казачка прямо в Кремль? Не липа ли это, направленная на то, чтобы свернуть советское государство с верного пути?

– Так-так… – задумчиво проговорил генерал. – В моё время, на Западе ушлые ребята работали, так не прокололись бы. Но времена меняются, теперича не то, что давеча, – горько усмехнулся он. – Это может быть очень серьёзно, и вы правильно, скажу я вам, беспокоитесь, у вас должность такая, что нужно думать о государственной безопасности. Надо проверить этого паренька. Бережёного бог бережёт. Оставьте мне этот доклад. Я завтра же покажу его, кому надо.

– Очень буду вам признателен, – поднялся было Межуев, но супруга генерала принесла на подносе чай и блюдо с домашним печеньем и он сел обратно, правда, сперва придержав ей дверь, когда она уходила. – И ещё попрошу вас, если получится, поскорее определиться, что мне со всем этим делать? Доклад в Политбюро, – напомнил он. – В понедельник мне надо уже или получить добро на передачу доклада в Политбюро, или начать пытаться сделать хоть что-то пристойное из других докладов…

– В понедельник, значит, – задумчиво повторил генерал. – Будет вам в понедельник или-или, не переживайте.

Гриша, уходя, обещал нас завтра проводить. Когда счастливый Родька, набегавшись и наигравшись с Аришкой, собрался идти с отцом домой спать, малая показала на свои сандалики и потребовала обуть её, собираясь идти с Гончаровыми. Растерянный Григорий попытался объяснить малой, что она остаётся, но та устроила скандал. Бабушка взяла её на руки, Гончаровы быстренько смотались, а мы потом ещё минут двадцать успокаивали обиженного ребёнка. Шутками-прибаутками, попытками переключить внимание. В конце концов, положили её в кроватку и включили телевизор. Аришка сразу успокоилась и завороженно разглядывала мелькающие кадры не очень хорошего качества, пока не уснула.

– Переутомилась, слишком много впечатлений, – выключил я телевизор, и мы все расползлись по кроватям. День получился очень длинный.

Максим Валерьянович с самого утра вошёл в приемную руководителя первого главного управления КГБ. Уходил в отставку он с должности зампреда именно этого управления, да параллельно курировал электронную разведку. Генерал Васильев охотно принял своего бывшего зама, по первому звонку.

– Садись, Максим Валерьянович, сейчас нам Петр чайку соорудит. Как дела-то на пенсии? – спросил он.

Гуськов отметил, что Васильев сильно сдал за последние два года, что не виделись. И морщин прибавилось, и мешки под глазами совсем большие стали. Да уж, работы тут по горло… А уж ответственность…

– Скучно, Петр Семенович, так что не стоит спешить с этим…

– Тьфу-тьфу, не буду спешить!

Посидели, попили чаю. Васильев не торопил, но Гуськов знал, что злоупотреблять его хорошим отношением не стоит. Чай, не в ресторане после работы сидят… Достал доклад, положил на стол между ними, и начал излагать вопрос, по которому пришел.

Петр Семенович выслушал, потом доклад полистал. Ивлев… странно, но ему казалось, что он недавно слышал эту фамилию. Васильев не был кадровым чекистом, пришел в КГБ семь лет назад с должности инструктора международного отдела ЦК КПСС. Ему оставалось только завидовать профессиональной памяти своих подчиненных, которые работали в Комитете с самого начала своей карьеры. Сам он лица еще неплохо запоминал, а вот фамилии и имена… с этим все было очень плохо.

Пообещав Гуськову оперативно разобраться и сообщить ему о результатах, чтобы тот мог дать ответ Межуеву, он, проводив заслуженного пенсионера до двери, тут же вызвал к себе начальника «Управления К», полковника Синицина. Положил перед ним на стол доклад со словами:

– Вот, Денис Олегович, приходил только что Гуськов, подозревает в шпионаже сотрудника Верховного Совета. Некто Ивлев… Почему мне кажется знакомой эта фамилия?

– Павел Тарасович Ивлев? – тут же уточнил Синицин.

– Верно! – удивленно подтвердил генерал.

– Так это же тот самый пацан, что помог нам выявить агентов ФБР. Дело американской компартии? На личном контроле Политбюро… Суслов же еще возмущался, пока все факты на стол генеральному секретарю не положили…

– Ох ты ж! Тот самый Ивлев, значит! – Васильев сам теперь удивлялся, как именно эта фамилия могла вылететь у него из головы. Начатое расследование по факту заявления советского комсомольца проводилось полгода, и неожиданно дало результаты. Наблюдатели из резидентуры подтвердили, что лидеры американской компартии встречаются с подтвержденными агентами ФБР, да делают это так привычно и без всякого волнения, что сразу видно, что это многолетняя практика. Председатель КГБ был разъярён, сильно орал, спрашивая, почему первое управление проспало вражеского шпиона, вхожего в Кремль, досталось и Васильеву, и Синицину. Правда, потом он быстро сменил гнев на милость, когда лично Брежнев очень высоко оценил результаты этой операции. В Политбюро же никому не стали говорить, что начата она была сугубо из-за жалобы несовершеннолетнего пацана, что КГБ мух не ловит в борьбе с американскими шпионами. Так что по итогу на первое управление пролился град из орденов, и Васильев с Синициным не остались обделены.

– Тот самый, получается. Ну, если он шпион, то ЦРУ с ФБР сами себя по горлу тупым ржавым ножом пилят… Сколько еще лет Моррис Чайлдс ездил бы к нам да на Кубу, вызнавая наши секреты и передавая их в ФБР, если бы не это расследование, предпринятое по инициативе Ивлева? – сказал полковник, улыбаясь.

– Так, значит… Ну, а если это способ внедрить его к нам, чтобы мы ему доверяли? Мало ли, Моррис Чайлдс смертельно болен, и эту операцию ФБР все равно пришлось бы сворачивать? А Ивлев-то теперь в Верховном Совете, да еще и так устроился, что доклады пишет для Политбюро! – спросил генерал, немного подумав.

– Проверим еще раз все про Ивлева, конечно, раз такое дело, – пообещал Синицин, уловив настрой начальства, – тщательнейшим образом!

С утра отогнал машину в гараж. Позвонил отцу, предупредил, что мы уезжаем. Если там движуха какая вокруг гаражей начнётся, чтоб он держал руку на пульсе за всех нас. Он, кстати, передал Галие, что оплачиваемый отпуск ей ещё не положен в институте, поскольку батя написал заявление за свой счет от её имени на месяц до декрета.

– Спасибо, пап, я упустил совсем этот момент, – признался я.

– Ты понял, да? Зарплаты за июль у неё не будет, – обеспокоенно внушал мне отец.

– Понял, понял, не переживай, нам хватает денег. За гараж, в моё отсутствие, если срочно надо будет сдать, сдай, пожалуйста, за меня. Я вернусь, и сразу отдам.

Где-то к двенадцати приехали Эль Хажжи. Бабушка Диану не сразу узнала, а Фирдауса она, вообще, впервые видела. Аришка спряталась за Трофима, увидев незнакомого дядьку. Когда я бабушке представил его, как мужа «нашей» Дианы, она только тогда к ней присмотрелась.

– Ой, батюшки! Дианка, это ты? – воскликнула она. – А я подумала, фифа какая-то московская! – рассмеялась она.

– Она уже не московская, а бейрутская, – объяснил я. – Завтра летят на родину Фирдауса в Ливан.

Бабушка сразу забеспокоилась, да как же так? В заграницу, и без знания языка? Диана похвасталась, что учит арабский и французский. Бабуля тут же перешла на французский, к удивлению Трофима, Фирдауса и Галии.

– Ну, пусть упражняются, – рассмеялся я и поманил Фирдауса за собой в спальню. Зашли, закрыл за нами дверь.

– Подготовил тебе более подробный список акций, которые в среднесрочной и долгосрочной перспективе могут неплохо выстрелить. Сможешь его вывезти, не привлекая ничьего внимания?

Фирдаус взял мой список.

– Если ты за свою таможню опасаешься, то могу переписать всё это на арабском.

– Да нет, не стоит, – задумался я. – Только внимание привлечёшь. У тебя конспекты остались какие-нибудь с учёбы?Берешь с собой?

– Конечно. У меня память не такая хорошая, чтобы считать, что я через несколько месяцев не забуду половину… Правда, беру только по некоторым дисциплинам.

Он усмехнулся, подмигнув мне, и я ему кивнул понимающе. Ну да, к чему ему брать с собой конспекты по марксизму-ленинизму, Истории КПСС и остальному такому же… Понятия не имею, стоит ли вообще ввозить подобное в капстрану, не будет ли проблем с местной безопасностью.

– Вот, в конспект и перепиши, – подсказал я, – по экономике. Только ручку похожую подбери.

– А, хорошо! – усмехнулся он, удивлённо и уважительно взглянув на меня.

Фирдаус спрятал список в карман пиджака, и мы вернулись на кухню, где бабушка муштровала Диану, ставя ей произношение. Та потела, но очень старалась. И ещё бабушка учила её простым житейским фразам, типа, как в магазине ценой какого-нибудь товара поинтересоваться? Аришка старательно грассировала, сидя на коленях у бабушки. А Трофим и Галия слушали их всех с открытым ртом, когда мы с Фирдаусом зашли. Не сговариваясь, мы прыснули со смеху, переглянувшись.

Они посидели у нас недолго и уехали, сославшись на то, что ещё самим надо собираться.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

Нажимая на кнопку "Отправить комментарий", я принимаю политику конфиденциальности